— Аль ты князь?
— Я? Пожалуй, князь. А что тут удивительного?
Так Жорж Милославский за несколько секунд превратился из квартирного вора в князя. Настоящий Милославский удивился бы этому титулу не меньше дьяка Феофана: Милославские были боярами и дворянами, но князьями никогда не являлись. В XVII веке они породнились с царской семьей и оказались в центре борьбы за власть.
Таких могущественных семей возле русского престола было немало. Шуйские, Годуновы, Морозовы, Нарышкины, Шереметевы — они роднились с государями, продвигали своих наследников и боролись за влияние при дворе. Одни добрались до трона и исчезли, другие пережили Петра I, революцию и эмиграцию. Что стало с великими боярскими семьями России и остались ли у них потомки?
Знатность и служба
Но прежде стоит навести порядок в названиях. Князь — это наследственное достоинство, а боярин — высший чин, который жаловал государь. По своему месту во власти бояре напоминали членов Политбюро в позднем СССР: они заседали в Боярской думе, советовали царю, руководили приказами, войсками и дипломатическими миссиями. Однако сын боярина не становился боярином автоматически — этот чин ему еще предстояло получить.
Поэтому выражение «боярская семья» не совсем точное: оно звучит почти как «министерская семья». Но в истории так принято называть влиятельные фамилии, представители которых из поколения в поколение входили в Боярскую думу и занимали высшие должности при дворе. Именно о таких семьях — известных при последних Рюриковичах и первых Романовых — и пойдет речь.
Шуйские
Когда Иван Грозный был ребенком, Шуйские считались едва ли не самой могущественной боярской семьей государства. Они принадлежали к суздальской ветви Рюриковичей и ставили себя по происхождению даже выше московских государей. После смерти Елены Глинской Шуйские оттеснили соперников и на несколько лет оказались во главе правительства. Но в 1543 году тринадцатилетний Иван впервые дал понять, что больше не намерен терпеть их власть: по его приказу князя Андрея Шуйского схватили и убили.
Семья, однако, сохранила влияние. Князь Иван Шуйский прославился обороной Пскова от войск Стефана Батория, а в 1606 году Василий Шуйский стал царем. Его правление продлилось четыре года: Василия свергли, постригли в монахи и увезли в Польшу, где он умер в плену.
Детей у бывшего царя не осталось, его братья также не продолжили семью. В 1638 году умер последний представитель княжеского рода Шуйских в России — боярин Иван Иванович по прозвищу Пуговка. В Польше сохранилась одноименная семья, традиционно выводившая свое происхождение от уехавшей в Литву боковой ветви, но княжеского титула она не носила. Таким образом, русская линия одного из древнейших домов Рюриковичей пресеклась всего через несколько десятилетий после того, как Шуйские достигли царского престола.
Годуновы
Пока Шуйские теряли власть, рядом с престолом поднималась другая семья — гораздо менее знатная, но более осторожная. В начале царствования Ивана Грозного Годуновы ничем не выделялись среди служилых людей. Через полвека один из них стал царем.
Возвышение Бориса Годунова началось в 1570-е годы. Он женился на дочери Малюты Скуратова, а его сестра Ирина стала женой царевича Федора. После смерти Ивана Грозного на престол взошел Федор, и его шурин постепенно сосредоточил в своих руках управление страной. Когда последний московский Рюрикович умер бездетным, Земский собор избрал Бориса царем.
Династия просуществовала семь лет. После внезапной смерти Бориса в 1605 году царем стал его сын Федор, но спустя несколько недель его и мать убили сторонники Лжедмитрия. Дочь Бориса Ксению насильно постригли в монахини. Боковые ветви семьи избежали гибели и еще почти столетие служили московским государям, но прежнего влияния уже не вернули. К концу XVII века мужская линия Годуновых пресеклась, а потомки по женским линиям вошли в другие дворянские семьи. Нынешние носители этой фамилии не считаются продолжателями царского рода.
Морозовы
К середине XVII века Морозовы стали одной из самых богатых и влиятельных семей при русском дворе. Боярин Борис Морозов воспитывал будущего царя Алексея Михайловича, а после его восшествия на престол фактически возглавил правительство. Но во время Соляного бунта 1648 года близость к государю едва не стоила ему жизни: восставшие москвичи требовали выдать царского любимца, и Алексею пришлось на время удалить его из столицы.
Другая знаменитая Морозова смотрит на нас с картины Сурикова, вскинув над собой сложенные двуперстием пальцы. Но и фамилию, и звание боярыни Феодосия получила по мужу — Глебу Морозову, младшему брату Бориса. В Боярской думе она, конечно, не заседала: женщин туда не допускали. «Боярыня» означало примерно то же, что позднее «генеральша», — не женщину-генерала, а генеральскую жену. После смерти мужа Феодосия распоряжалась огромным семейным состоянием, но за приверженность старой вере лишилась и богатства, и свободы. Ее заточили в Боровске, где в 1675 году она умерла от голода.
Единственный сын Феодосии умер молодым и не оставил детей. Последние мужчины из других ветвей семьи ушли из жизни к концу 1670-х годов, и старинный боярский род пресекся. Знаменитые фабриканты и меценаты Морозовы, появившиеся в XIX веке, не были его потомками: их династия началась с крепостного крестьянина Саввы Васильевича Морозова.
Милославские и Нарышкины
Эти два рода не были княжескими, но в XVII веке оказались у самого престола и повлияли на то, кто будет править Россией. Первой женой царя Алексея Михайловича стала Мария Милославская, мать будущих царей Федора и Ивана и царевны Софьи, которую мы знаем по картине Репина. Вместе с ней возвысились и ее родственники: они получили боярские чины и важные должности при дворе.
Второй женой царя стала Наталья Нарышкина, мать будущего Петра I, и теперь наверх пошли уже Нарышкины. Так два царских брака создали при дворе две могущественные семьи. После смерти Федора Милославские поддержали Ивана и Софью, а Нарышкины — Петра. Их соперничество вылилось в стрелецкий бунт, во время которого погибли несколько родственников будущего императора.
В конце концов победил Петр, и Милославские стали терять положение при дворе. В 1791 году их род пресекся по мужской линии. Однако более столетия спустя фамилия вернулась: в 1910 году Николай II разрешил троим братьям Толстым, происходившим от Милославских по женской линии, именоваться Толстыми-Милославскими. Их потомки сегодня живут в Великобритании. Поэтому фамилия гайдаевского Жоржа вполне историческая — в отличие от его княжеского титула.
Нарышкины, напротив, сохранили влияние и еще долго оставались одной из заметных придворных семей. После революции их потомки разъехались по разным странам, вступали в браки с представителями других фамилий, и некогда единое родословное древо разрослось, словно крона старого дуба. Сегодня его ветви можно найти в России, Франции, Бельгии, США и Австралии. Кто-то сохранил фамилию Нарышкиных, кто-то носит фамилии других семей. Однако в единый семейный дом эти ветви уже не складываются: общего центра и признанного главы рода у них сегодня нет.
Шереметевы
А вот у Шереметевых сохранился не только сам род, но и его глава. Сегодня им считается 95-летний Петр Петрович Шереметев — потомок графской ветви, родившийся в Марокко и выросший во Франции. Семья жила в эмиграции, однако продолжала хранить родословную и поддерживать связь с Россией. В 2025 году, уже в весьма преклонном возрасте, Петр Шереметев решил вернуться на родину.
Шереметевы принадлежали к древнейшей московской знати и занимали высокие должности задолго до Петра I. При нем боярин Борис Шереметев стал генерал-фельдмаршалом и в 1706 году получил наследственный графский титул. Его потомки владели огромным состоянием: им принадлежали подмосковные Кусково и Останкино, Фонтанный дом в Петербурге и тысячи крепостных крестьян.
Самая известная семейная история связана с внуком фельдмаршала Николаем Шереметевым. Он женился на бывшей крепостной актрисе Прасковье Жемчуговой, а после ее ранней смерти построил в Москве Странноприимный дом для бедных и больных. Сегодня в этом здании находится Институт скорой помощи имени Склифосовского. После революции дворцы и усадьбы Шереметевых были национализированы, часть семьи покинула Россию. Но в отличие от многих старых фамилий род не растворился среди десятков разрозненных ветвей: потомки поддерживали связь друг с другом, участвовали в культурных проектах и создавали в России «Шереметев-центры».
Другие боярские семьи
Конечно, в одной статье обо всех влиятельных семьях старой Руси подробно не расскажешь. При последних Рюриковичах и первых Романовых в Боярской думе заседали представители десятков знатных фамилий. Напоследок вспомним еще несколько.
Голицыны были князьями и дали России целую вереницу бояр. Род оказался необыкновенно живучим и сегодня считается самым многочисленным среди старой русской знати. Его ветви разбросаны по России, Европе, США и Австралии, но единого главы, представляющего всех Голицыных, у них нет.
Долгоруковы, еще один древний княжеский род, также пережили революцию и эмиграцию. Их признанные потомки живут в России, Европе и Северной Америке. Правда, одна фамилия ничего не доказывает: далеко не каждый современный Долгоруков происходит от тех князей, которые сидели в Боярской думе.
Лопухины поднялись благодаря первому браку Петра I. После его женитьбы на Евдокии Лопухиной ее отец и другие родственники получили боярские чины, но семейное счастье длилось недолго: Петр отправил жену в монастырь, а Лопухины попали в опалу. И все же род уцелел. Его потомки живут в России и за рубежом, поддерживают семейную родословную и даже создали посвященный ей сайт.
Апраксины возвысились чуть раньше — после того как Марфа Апраксина стала женой царя Федора Алексеевича, старшего брата Петра. Ее родственники получили боярские чины, а Федор Апраксин впоследствии стал одним из создателей русского флота. Род не считают угасшим, однако его современные ветви прослеживаются хуже: общего семейного дома и признанного главы у Апраксиных сегодня нет.
Ромодановские были князьями, а при Петре достигли почти невероятного могущества — Федору Ромодановскому юный царь доверял управление страной во время своих отъездов. Но пережить собственное влияние семья не смогла: мужская линия пресеклась в 1730 году. Позднее фамилию попытались возродить Ромодановские-Лодыженские, однако и этот род угас в XIX веке. Сегодня признанных Ромодановских не осталось.
О соперничестве Милославских и Нарышкиных я рассказал всего в одном абзаце. На деле оно развернулось в настоящий исторический триллер — с провокацией, кровью, погоней, борьбой за власть и двумя царями на одном престоле: 👇
