Бастилия на Неве: крепость Орешек и ее именитые узники

Крепость Орешек и ее узники
Около 200 лет крепость с милым названием Орешек была тюрьмой для знати и казематом для революционеров — совсем как французская Бастилия.

Миниатюрная пристань, окошко билетной кассы, короткая тропинка и первая башня прямоугольной формы. Это единственная такая из всех построек — остальные имеют форму цилиндра. Необычный вход сбоку, поворот под 90°, и посетитель оказывается внутри крепостных стен. Стен сооружения, которое за свою историю сменило три названия. Русичи называли его крепость Орешек, владевшие почти столетие шведы — Нотебург, а великий Петр дал имя Шлиссельбург.

Древний русский оплот в истоке Невы, он за свою историю пережил множество событий, которых хватит на целую книгу или фильм с захватывающим сюжетом. Крепость построили как военную твердыню в XIV веке, и с тех пор Орешек со своей прочной «скорлупой» не раз становился серьезным препятствием для иноземных захватчиков — шведов в средние века и немцев в Великую Отечественную. Однако своей известностью он обязан вовсе не войнам и победам, а тюремным казематам и знаменитым узникам.

Пограничный бастион

Если подняться на остатки стен Орешка, хорошо видно Неву, вытекающую из Ладожского озера. Вытянутый остров делит реку пополам, образую два почти одинаковых по ширине рукава. Идеальное положение — ни одно судно не пройдет незамеченным. Эту стратегическую особенность Орехового острова заметили первыми новгородцы и построили на нем деревянную крепость для охраны рубежей своей вольной республики.

«Отсель грозить мы будем шведу», — говорил Петр I. Правда, он имел в виду Петербург, но необходимость грозить шведам возникла задолго до основания города. И крепость Орешек сыграла в этом не последнюю роль. Несколько раз ломали об нее копья шведские воины, один раз даже сумели взять измором и закрепиться на долгие 90 лет. Именно тогда они и переименовали ее в Нотебург («ореховый город» по-шведски).

Выбил их оттуда Петр Великий в 1702 году во время Северной войны. Согласно хроникам, сам государь принимал участие в штурме, а вообще победа обошлась ему весьма дорого — потери русских более чем в пять раз превысили шведские. Может быть, поэтому царь переименовал крепость в Шлиссельбург, что означало «город-ключ». Кто владеет Шлиссельбургом, тот владеет… нет, не миром, но Невой уж точно.

Особая тюрьма

На этом военная история крепости Орешек встала на паузу. Больше охотников проверить твердость ее стен и дальнобойность пушек не находилось, да и стратегическое значение она утратила, ибо граница государства отодвинулась на запад. Но что делать с укреплениями, бастионами, цитаделью? Ответ очевиден — превратить их в темницу. Да не для простых, а для именитых узников.

Как гласят хроники, первой заключенной Шлиссельбургской крепости стала сестра Петра Мария Алексеевна. Брат заточил ее за финансовую помощь и моральную поддержку своего сына — уже к тому времени опального царевича Алексея. Следом в застенках очутилась и первая жена Петра Евдокия Лопухина. После смерти императора Орешек превратился в по-настоящему элитную тюрьму. В ней томились князья Долгорукие, Дмитрий Голицын и даже некогда всемогущий Бирон, правая рука императрицы Анны Иоанновны.

Железная маска русской Бастилии

Но самый известный узник Шлиссельбургской крепости — ее «Железная маска», наследник Российского престола, названный, но не коронованный император Иван VI. Волею судьбы он стремительно вознесся к олимпу русского самодержавия, но долго на троне не удержался. Пришедшая к власти после дворцового переворота «дщерь Петра» Елизавета отправила младенца-царевича в монастырь. А когда он вступил в возраст престолонаследия, приказала перевести в Орешек. Ее поступок вполне объясним: из монастыря сбежать было легко и просто, особенно имея поддержку из вне. А вот из «русской Бастилии» не сбегал до этого (да и после за всю историю) никто.

Содержался Иван Антонович в небольшой тесной камере, в которой была печь, стол, кровать и зарешеченное окно. Угол огораживала ширма — за ней прятали узника, если в камеру входил кто-то посторонний, например, уборщик. Секретность пребывания именитого заключенного была беспрецедентной. Кто он такой, знал только комендант крепости.

Восемь лет провел Иван Антонович в шлиссельбургском каземате. В нем же он и скончался в возрасте 23 лет, пронзенный шпагой в самое сердце. Это сделали его охранники, выполняя секретный приказ Екатерины II:

Ежели паче случится. Что кто-то затеял арестанта у вас отнять, то арестанта умертвить, а живого его никому в руки не отдавать.

«Отнять» у тюремщиков именитого узника попытался подпоручик Мирович, член караульной команды крепости, организовав среди личного состава заговор. Но когда он с сотоварищами ворвался в камеру, то увидел бездыханное тело Ивана и стоящих рядом двух охранников. Они в точности выполнили указ императрицы.

Узники-долгожители

Шли годы, сменялись самодержцы, а Шлиссельбургская крепость так и оставалась элитной тюрьмой империи. Впрочем, слово «элитный» никак не сказывалось на условиях для заключенных. Каждый из них содержался в одиночной камере, в которой была железная кровать, табурет и металлический столик. В XIX веке появились «удобства» — водопроводный кран и ватерклозет. Стекла в окнах были закрашены матовой серой краской, поэтому даже в редкие солнечные дни в камере царил полумрак. А еще металлическая кровать пристегивалась в дневное время к стене замком, так что невольнику можно было только сидеть или мерить тесное помещение (2,5 на 3,5 метра) шагами.

Неудивительно, что многие заключенные умирали от цинги или туберкулеза. Были и те, кто сходил с ума или кончал жизнь самоубийством. Однако история Шлиссельбургской крепости знавала и обратные случаи — некоторые известные ее узники не только выходили оттуда здоровыми и жили потом до глубокой старости, но и даже поразительно вылечивались в казематах от хронических болячек.

Взять хотя бы народовольца Николая Морозова. Слабый здоровьем, он провел 21 год заключения в крепости. Умудрился в ее стенах излечиться от туберкулеза и написать десятки научных трудов. А когда освободился, принял революцию 1917 года, стал академиком, сделал много открытий и дожил до 82 лет.

Или сподвижница Морозова по «Народной Воле» Вера Фигнер. Легендарную революционерку привезли в Шлиссельбург полумертвую. Врачи не верили, что она протянет хотя бы полгода. Однако Вера Николаевна покинула мир только в 90 лет в 1942 году.

Был в истории крепости-тюрьмы и по-настоящему легендарный долгожитель. Валериана Лукасиньского арестовали в 1822 году в возрасте 36 лет по подозрению в подготовке польского восстания. Он отсидел в казематах 37 лет в одиночной камере. Там же и скончался, найдя последний приют внутри тюремных стен.

Тюрьма — музей — крепость, и снова музей

Кого только не видела Шлиссельбургская крепость. За все время в ней побывало около 1500 заключенных. Декабристы (братья Бестужевы, Кюхельбекер, Пущин), народовольцы, польские и финские бунтовщики, революционеры всех мастей. Именно здесь закончился жизненный путь Александра Ульянова — старшего брата Ленина. Его и еще четверых сотоварищей по террористической фракции «Народной Воли» повесили во дворе тюрьмы в мае 1887 года.

Революция 1905 года выпустила на волю многих политзаключенных из Шлиссельбургской темницы. Но вскоре обстановка в стране вновь вернула Орешек к жизни и даже заставила власть перестроить тюремный корпус. Заключенные называли его позже «зверинцем», поскольку камеры отделялись от общего коридора решеткой от пола потолка. Перед Октябрьской революцией в тюрьме на острове Орешек содержались уже большей частью уголовные преступники. Их-то и освободили рабочие Шлиссельбургского порохового завода в марте 1917 года.

Интересная аналогия. Вся история крепости-тюрьмы Орешек тесно перекликается с судьбой французской Бастилии, которая тоже использовалась как тюрьма для секретных преступников и неблагонадежных элементов. Но ее комендант маркиз де Лонэ оказал сопротивление штурмующему народу и был казнен. А вот последний комендант Шлиссельбургской тюрьмы Зимберг упорствовать не стал, и после недолгих переговоров отдал ключи от камер рабочим. Те освободили узников и приняли решение сжечь крепость дотла. Несколько дней полыхал Орешек, на острове сгорело всё деревянное, однако стены уцелели, и впоследствии очень даже пригодились.

Речь, конечно же, идет о героической обороне острова и крепости в 1941 году. Гарнизон более 500 дней противостоял натиску немцев и не давал перерезать «Дорогу жизни» по Ладоге, хотя каждый самолет, летевший бомбить Ленинград, оставлял одну бомбу для Шлиссельбургской крепости. Впрочем, это тема отдельного и большого повествования.

Ну а рассказ о крепости Орешек на этом подошел к концу. С 1928 года (с перерывом на войну) там работает мемориальный музей. Крепостные стены и башни не раз реконструировались и даже капитально переделывались, так что от «преданий старины глубокой» внутри Орешка остались лишь живописные руины цитадели, церкви и Новой тюрьмы.

Сравнительно недалеко от Орешка находится еще один интересный бастион. Только вместо тяжелой ауры тюремного прошлого над ним витает флёр научных открытий и дух опасного места 👇:

Оцените статью
( Пока оценок нет )
Географ и Глобус
Добавить комментарий