Как сбили самолет Пауэрса в 1960 году

Первого мая 1960 года силы ПВО СССР сбили американский самолет-разведчик. Его пилот Гарри Пауэрс выжил и признался в работе на разведку США.

Эта история началась за четыре года до описываемых событий. А ее кульминацией стал самый горячий эпизод холодной войны — в небе над Свердловском утром 1 мая 1960 года наши силы ПВО сбили считавшийся до этого неуязвимым американский самолет-разведчик U-2, пилотируемый Гари Пауэрсом. Пилот выпрыгнул с парашютом, остался жив и был задержан жителями села Косулина, которые первоначально приняли его за космонавта.

«Всевидящее око» ЦРУ

Но это будет в финале истории. А пока в 1956 году американские военные ликовали — их самолет-разведчик U-2 прошел первые лётные испытания. Он был великолепен — быстро набирал высоту в 20 километров, имел фотоаппаратуру высочайшего разрешения, а главное был способен совершать дальние многочасовые полеты. Достигалось это тем, что набрав высоту, U-2 фактически планировал. Поэтому он и обладал столь внушительным размахом крыльев — 31 метр.

Самолет продемонстрировали президенту Эйзенхауэру. Но он, будучи человеком острожным, опасался давать разрешение на полет разведчика над советской территорией. Во-первых, президент не верил, что с высоты в 20 километров аппаратура способна детально отснять все военные объекты СССР. А во-вторых, он считал, что U-2 можно обнаружить и сбить. А это крупнейший политический скандал, новый виток холодной войны и огромная эскалация.

Но ЦРУ быстро развеяло все сомнения Эйзенхауэра. Что касается разрешения фотоаппаратуры, то ему продемонстрировали снимок коров на президентском ранчо, которые сделал U-2 в ходе испытательного полета на высоте 21 километр. Буренок было видно идеально, включая окрас и форму пятен на шкуре. А вот по поводу обнаружения и сбития разведчика президента заверили, что Советы не обладают средствами столь высотного наблюдения. Кроме того, в СССР на тот момент не имелось ни самолетов, ни наземных средств ПВО, способных сбить что-то на высоте, превышающей 20 километров (исключая ЗРК С-25, но об этом ниже).

Это было действительно так. Советские истребители МиГ-19 могли подниматься максимум на 18 километров, а потолок Су-9 хоть и был 20 километров, но такой высоты он мог достичь только в режиме форсажа и при этом требовал точного наведения на цель. Что касается наземных сил ПВО, то в 1956 году мобильный комплекс С-75 «Двина» еще только проходил испытания, а основой сил противовоздушной обороны служили стационарные комплексы С-25 «Беркут», которые можно было легко обойти.

Безнаказанные полеты

В общем, летай себе на здоровье практически над всем СССР и снимай что заблагорассудится. Воодушевленные американцы так и поступили. Первое крещение их «всевидящее око» получило в небе над Восточной Европой летом 1956 года, а уже через месяц на стол Эйзенхауэра легли снимки аэродромов возле Москвы и Ленинграда. На них можно было детально рассмотреть количество самолетов и даже определить их тип.

Однако вопреки заверениям ЦРУ Советский Союз шпиона заметил — его вычислили радиолокационные станции. На перехват были подняты самолеты, но цели они не достигли — U-2 летал на высоте 21 километр. Эмоциональный и импульсивный Никита Хрущев после каждого сообщения о полете американского разведчика над территорией СССР приходил в ярость. Советский Союз заявлял протесты, но дипломаты США отговаривались «шпиономанией» Советов. И действительно, как доказать, что самолет американский, если средства ПВО не могут до него дотянуться?

А Штаты меж тем наглели всё больше и больше, совершая вылеты уже вглубь страны, туда, где находились особо значимые оборонные объекты Советского Союза — космодром Байконур (тогда еще не имевший этого имени), атомный центр на Урале, полигон Капустин Яр на Волге. Кстати, точное расположение Байконура как раз и определили в ходе очередного разведывательного полета в августе 1957 года.

Погоня за «неуловимым»

Вот и полет 1 мая 1960 года предполагался крайне результативным. U-2, поднявшись с базы в пакистанском Пешаваре, должен был пролететь над советской территорией по маршруту: Сталинабад (Душанбе) — Аральское море (там располагался полигон по испытанию биологического оружия «Бархан») — Челябинск (комбинат «Маяк», где производили оружейный плутоний) — Свердловск — Киров — Архангельск (строящийся космодром Плесецк) — Мурманск. Закончить полет разведчик планировал на норвежской авиабазе НАТО.

За штурвалом самолета сидел 30-летний уроженец штата Вирджиния Френсис Гарри Пауэрс — опытный, несмотря на возраст, пилот. В 5:36 по московскому времени он вторгся в воздушное пространство Советского Союза. Сразу после этого его заметили радиолокационные станции, установленные в Южном Таджикистане. В 1960 году новейшие советские мобильные комплексы «Двина» уже стояли на вооружении, но пока в недостаточном количестве — в Средней Азии их не было вовсе.

Поэтому Пауэрса «вели» РЛС, а попытки перехватить его силами авиации оказались безуспешны. «Всевидящее око» между тем миновало полигон Тюратам, прошло вдоль Аральского моря, оставило позади Челябинск и приближалось к Свердловску. С аэродрома Кольцово навстречу ему поднялся Су-9 под управлением капитана Ментюкова. Примечательно, что он вообще оказался там случайно — пилот перегонял самолет с новосибирского завода к месту постоянной дислокации. Поэтому на Су не было установлено вооружение, а сам пилот не имел костюма для полета на большой высоте. Тем не менее ему поступил приказ на таран U-2, поскольку только «Сушка» могла достичь отметки его полета.

Игорь Ментюков, которому была уготована роль камикадзе, мог отказаться, ведь дело происходило не в военное время. Но он лишь попросил позаботиться о жене и сыне и отправился в погоню. Однако с земли Су-9 не удалось точно навести на цель. К тому же на высоту 20 километров самолет мог подняться только на полном форсаже, и вследствие недостатка топлива имел только одну попытку. Она не удалась, и истребителю пришлось вернуться на землю.

Параллельно с ним на перехват отправили и МиГ-19 старшего лейтенанта Сафронова, но его машина технически не могла подняться на такую высоту, поэтому МиГ просто следовал курсом Пауэрса, что потом закончилось трагедией.

U-2, между тем не долетев до Свердловска 30 километров, изменил курс и повернул на 90°. Следующей его целью был космодром в Плесецке. Вот тут-то он и попал в зону действие комплекса ПВО С-75. В 8:53 ракета оторвала «всевидящему оку» хвост и повредила двигатель. Самолет, развалившись на части, начал падать с высоты 21 700 метров. Его обломки радары ПВО приняли за цели и в дело включились соседние дивизионы. Это и стоило жизни пилоту МиГ-19 Сергею Сафронову, который продолжал следовать за Пауэрсом. Одна ракета поразила его самолет. Пилот погиб. Позже комиссия будет долго разбираться почему не сработала система распознавания «свой-чужой». Пришли к выводу, что причина крылась в наземных средствах, чья аппаратура оказалась неисправна.

«Космонавт» с отравленной иглой

В это время Гарри Пауэрс благополучно спускался на парашюте. По его словам, сказанным уже на суде, сделать это оказалось нелегко — пилот был зажат между сиденьем и приборной панелью, поэтому катапультировавшись, он повредил бы себе ноги. На высоте 4 километра американец открыл фонарь кабины и с большим трудом покинул самолет, после чего автоматически раскрылся парашют.

Жители уральского села Косулино собирались отмечать Первомай, как вдруг услышали взрыв в небе, а спустя некоторое время увидели спускающегося на парашюте человека. Первоначально его приняли за космонавта из-за круглого шлема, похожего на скафандр. Но когда «космонавт», приземлившись, снял его и заговорил на английском языке, стало ясно, что тут что-то не то. Вдобавок на поясе пилота висел в кожаной кобуре длинноствольный пистолет. А он сам зачем-то полез в заплечный ранец и достал оттуда шелковый плакат, на котором на нескольких языках (в том числе и на русском) было написано: «Я не несу зла вашему народу. Если вы мне поможете, то получите награду».

Вот только помогать Пауэрсу никто не рвался. Жители села, окружив его толпой, отвели в правление колхоза, откуда позвонили по телефону и вызвали военных. На удивление они приехали довольно споро и тут же изъяли живой «трофей» со всеми его атрибутами — пистолетом, ножом, советскими рублями, золотыми часами, надувной лодкой и даже полой монетой в 1 доллар, в которой находилась отравленная ядом кураре острая игла.

Однако применять ее Пауэрс не собирался. Равно как и играть в героя, умирающего за Америку — он активно сотрудничал со следствием. Впрочем, и без расследования было все понятно — среди обломков U-2 прекрасно сохранилась уникальная фотоаппаратура.

Последствия и судьбы

Вот тут-то и настал звездный час Никиты Хрущева. Он решил разыграть «многоходовку», не разглашая факт пленения американца. СССР обнародовал ноту протеста, где заявлял, что сбил самолет-разведчик США. Ответная сторона в привычной ей манере всё отрицала, обвиняя Советский Союз в том, что он уничтожил самолет НАСА и погубил тем самым мирного ученого. Именно с этим заявлением и выступил президент Эйзенхауэр.

И тут Советский Союз предъявил «мирного ученого», который под прицелом телекамер рассказал кто он такой, и что за «метеорологические исследования» проводил в небе СССР. Скандал разразился жуткий. Репутация Эйзенхауэра, героя Второй мировой войны, человека кристально честного (как его представляли в прессе) была моментально разрушена. Извиняться он не стал, а вместо этого пообещал продолжить разведывательную деятельность против Советского Союза.

Что же до Пауэрса, то он отделался довольно легко — 10 годами лишения свободы в знаменитом Владимирском централе. Но отсидел только полтора года, и в 1962-м был обменен на советского разведчика-нелегала Рудольфа Абеля. Вернулся на родину, попал под трибунал за разглашение военных секретов, но благодаря заступничеству Сената остался на свободе. Работал испытателем в компании Lockheed, которая придумала U-2, написал книгу (за что был подвергнут острой критике, так как «создал положительный образ врага»). Позже ушел пилотом вертолета в агентство телерадионовостей и в 1977 году разбился в окрестностях Санта-Барбары, снимая лесной пожар.

Что касается остальных героев повествования, то похороны Сергея Сафронова прошли незаметно для всех на Пермском кладбище. Семье посмертно вручили орден Красного Знамени и назвали именем летчика улицу в областном центре. Обломки U-2 и по сегодняшнюю пору демонстрируются в Центральном музее Вооруженных сил в Москве. А ЗРК С-75 «Двина» был снят с вооружения в начале 90-х (хотя до сих пор используется в некоторых странах).

Продолжением этой истории можно считать Карибский кризис, разразившийся два года спустя у берегов Кубы. А предшествовала ему блестящая советская операция, которая навсегда вошла во все учебники по военному делу ?:

Оцените статью
( Пока оценок нет )
Географ и Глобус
Добавить комментарий