Матч Карпов – Корчной: шахматы, скандалы и паранормальные силы

Одним из самых ярких шахматных противостояний XX века стал поединок между Анатолием Карповым и Виктором Корчным, в филиппинском Багио.

Главная новостная программа Советского Союза «Время» всегда проходила по одному и тому же сценарию: внутриполитические новости, международные новости, достижения промышленности и сельского хозяйства, культурные события, и в конце — новости спорта. Однако летом 1978 года это правило было нарушено — главной темой выпусков программы «Время» стало шахматное противостояние на далеких Филиппинах между Анатолием Карповым и Виктором Корчным.

Три с половиной месяца длился чрезвычайный по накалу страстей матч, который стал вершиной противоборства не только в шахматном мире, но и пиком соперничества двух политических систем и даже состязанием парапсихологов, колдунов и магов от каждой из сторон.

Невозвращенец

За двумя привычными русскому уху фамилиями Карпов и Корчной лежала целая бездна, на одном краю которой стоял 27-летний интеллектуал, обласканный властью и любимый народом Анатолий Карпов. А на другом — «изменник», «перебежчик» и «предатель» (как его называла официальная советская пресса) 47-летний эмигрант Виктор Корчной.

Но таковым он стал в 1976 году. А до этого Виктор Львович Корчной был сильнейшим шахматистом державы, четырежды чемпионом Союза, игравшим на одной из первых досок команды СССР, побеждавший на всемирных олимпиадах и международных турнирах. Стать невозвращенцем его заставил проигрыш в 1974 году Анатолию Карпову в финальном матче претендентов, и последовавшая затем критика со стороны главного рупора пропаганды — газеты «Правда». Справедливости ради стоит сказать, что возникла она не на пустом месте — в интервью югославской прессе Виктор Корчной после матча с Карповым в пренебрежительной форме отозвался о профессиональных качествах своего соперника. Да и вообще, Виктор Львович никогда не отличался особой сдержанностью по отношению к коллегам и хорошо был известен своим эгоцентризмом.

Критическая заметка в «Правде» означала приговор для провинившегося. Корчному снизили размер гроссмейстерской стипендии, но главное — запретили выезд за рубеж. А это означало фактический запрет на профессию. Помог Анатолий Карпов, который подписал поручительство на выезд для участия в международном турнире в 1975-м. Год спустя Корчной, находясь во второй поездке в Голландии, запросил политическое убежище, подведя жирную черту под своими отношениями с советским строем.

Невозвращение Корчного произвело эффект разорвавшейся бомбы. У советских чиновников не укладывалось в голове как гроссмейстер такого уровня, второй человек в советских шахматах, мог так просто предать родину. Официальная пресса именовала его исключительно «предателем» и «изменником», а позже, когда состоялся матч на Филиппинах, старалась как можно реже упоминать его фамилию, ограничиваясь безликими формулировками «претендент» и «соперник».

«Бумажный чемпион»

Но это будет еще не скоро, ведь действующим чемпионом мира на момент бегства Корчного был эксцентричный американец Бобби Фишер, чья победа в 1972-м над Борисом Спасским была встречена Западом и Америкой на «ура». А три года спустя Фишеру предстояло подтвердить право ношения шахматной короны в матче с претендентом — Анатолием Карповым. Но он не состоялся из-за категоричного отказа американца.

Фишер выставил ФИДЕ список из 64 требований, затрагивающих не только регламент, но и саму формулу проведения матча. Федерация удовлетворила 63 пункта, но разгневанный Фишер на компромисс не пошел и отказался от поединка. Поэтому новым шахматным королем в 1975 году стал Анатолий Карпов, которого западная пресса дружно именовала «бумажным чемпионом».

Но какими бы эпитетами ни награждали Карпова, а чемпионский титул никто у него не оспаривал. И вот прошел очередной трехлетний срок, и в 1978 году настала пора подтверждать высокое звание. Тем, кто бросил вызов молодому чемпиону, стал теперь уже швейцарец Виктор Корчной, с легкостью обыгравший в претендентских матчах Тиграна Петросяна, Льва Полугаевского и Бориса Спасского. Неожиданно поединок Карпов – Корчной приобрел яркий политический окрас, а усилиями всей советской прессы и телевидения он стал главным событием лета и осени 1978 года, за которым без преувеличения следила вся страна.

Кресло, йогурт и очки

Матч между Анатолием Карповым и Виктором Корчным начался в филиппинском городе Багио 18 июля 1978 года. И хоть он не оправдал надежд стать величайшим состязанием в истории шахмат, но вошел в хроники как один из самых загадочных и даже ненормальных матчей.

Конфликтов на нем хватало с избытком. Все началось с кресла. После первых партий Корчной возмущенно заявил, что противник качает креслом, что мешает сосредоточиться и сильно раздражает. Этот вопрос так и не уладили за все три месяца, пока шло противостояние. Как только Карпов начинал качаться, Корчной отсаживался от него. Главному арбитру по очереди приходилось убеждать то одного («перестаньте, пожалуйста, раскачиваться»), то другого («Ну, пожалуйста, сядьте за доску, видите – он больше не качается!»). Со стороны это напоминало чистый детский сад.

Параллельно с креслом разворачивалась «очковая» драма. Дело в том, что Карпов частенько во время игры посматривал на партнера. Зная это, Корчной вооружился специальными очками с зеркальными стеклами. А поскольку на сцене были установлены многочисленные лампы, то свет от них бликовал и бил в глаза Карпову.

А потом возник скандал из-за йогурта. В ходе игры чемпиону подали стакан с напитком, а потом это сделали вновь, уже в другое время. Корчного это вывело из себя. Он заявил, что таким образом помощники Карпова сигнализируют ему какой нужно делать ход. Судьи, организаторы и представители сторон устроили по этому поводу целую дискуссию, которая закончилась установлением жесткого временного порядка в подаче йогурта.

Битва магов

Но самый главный скандал развернулся вокруг доктора Зухаря. Парапсихолог Владимир Петрович Зухарь долгое время работал с космонавтами, решая проблемы сна и нервных перегрузок. Вот и в Багио он оказался в составе советской делегации, чтобы нормализовать сон чемпиона и помочь снять ему психологическую усталость. Однако Зухарь, присутствуя на всех партиях, со своего места в четвертом ряду пристально смотрел на Корчного. Тот потребовал пересадить парапсихолога. Советская делегация отказалась. Корчной стал выяснять отношения с арбитрами, потрясать кулаками и даже угрожать применить физическую силу.

Все закончилось тем, что претендент потребовал возвести «китайскую стену» из стекла между сценой и залом. Требование было заведомо невыполнимое, поэтому матч оказался на грани срыва. Компромисс удалось достичь «джентльменским соглашением» между чемпионом и претендентом. Карпов соглашался, чтобы Зухарь пересел назад, но взамен Корчной должен был снять свои бликующие очки.

Казалось, что конфликт улажен, но не тут-то было. Взяв на вооружение прием оппонента, Корчной пригласил в зал уже своего парапсихолога Владимира Бергинера из Израиля, который с тем же усердием стал «гипнотизировать» Карпова. Однако усилия очередного «мага» ни к чему не привели — Карпов уверенно выиграл 13-ю, 14-ю и 17-ю партии. Тогда место Бергинера заняли два американских йога, которые решили оказать безвозмездную помощь Корчному. Сидя в позе лотоса, они едва шевелили губами, читая про себя мантры и перебирали четки, низко склонив головы.

Но и йоги продержались недолго. Оказалось, что они обвиняются в покушении на индийского дипломата и выпущены из филиппинской тюрьмы под денежный залог. По протесту советской делегации (террористы в зале — событие из ряда вон выходящее) им запретили появляться на матче.

Это далеко не все странности и причуды того судьбоносного поединка. Об оскорблениях Корчного в адрес Карпова можно вообще написать отдельную статью. Девятая и десятая партия — претендент по-русски ругает чемпиона, игра останавливается пять раз. Двенадцатая партия — Корчной бросил в лицо Карпову гнусное оскорбительное слово. Карпов сдержался. Он только побледнел, а большие телевизоры, установленные у сцены, показали как едва заметно заиграли желваки на его скулах. Чемпион понимал — ответь он на ругательство так, как подобает мужчине, матч будет прерван, и скорее всего навсегда. А допустить этого Карпов не мог, ведь он уверенно дожимал противника.

Ход поединка

Да, по накалу шахматных страстей матч оказался не менее драматичным. Игрался он до шести побед, при этом число партий было не ограничено. Карпов начал вполне уверенно, и к 17-й партии лидировал со счетом 4:1. Потом последовало 10 партий, во время которых и проходили все эти «паранормальные» чудачества. На 73-й день противостояния Карпов выигрывает, и счет становится 5:2. Казалось, что до триумфа рукой подать, но коварство безлимитного матча в том и заключается, что невозможно правильно рассчитать свои силы. Карпов после такого нервного напряжения был на грани истощения, к тому же околошахматная борьба при помощи йогов, зеркальных очков и оскорблений его эмоционально измотала.

А Корчной, оказавшись на грани поражения, наоборот, заиграл просто отлично. За ним остались 28-я и 29-я партии. Счет 5:4. Когда же в 31-й партии Карпов допустил ошибку и вновь уступил, советскую делегацию обуяла паника. Но взятый тайм-аут позволил Анатолию немного восстановиться, и на 32-ю партию он вышел вполне бодрым и готовым к решающей схватке.

Впоследствии Корчной заявил, что во всем виноват доктор Зухарь, который вновь пересел в 4-й ряд и нарушив «джентльменское соглашение», стал «таращиться» на претендента, при этом дрожа как осиновый лист. Так это или нет, но решающая партия была отложена на 42-м ходу при проигрышной позиции Корчного. В полдень 18 октября 1978 года в гостиничный номер Карпова арбитры доставили записку от Корчного, в которой он признавал свое поражение.

Всё, самая невероятная шахматная баталия была на этом закончена. Чемпион сохранил свой титул, а спустя три года Корчной добился права на реванш, вновь победив всех претендентов. Правда, состязание в итальянском Мерано по всем параметрам уступило в накале страстей матчу в Багио. Карпов победил в 18 партиях со счетом 6:2, после чего Виктор Корчной уже не претендовал на мировое лидерство.

А вот действующего чемпиона впереди ждало непростое испытание, ведь в начале 80-х стала восходить звезда молодого амбициозного Гарри Каспарова. Матч между ним и Карповым за шахматную корону на излете 1984 года вошел в историю как настоящий изнуряющий интеллектуальный марафон ?:

Оцените статью
( Пока оценок нет )
Географ и Глобус
Добавить комментарий