Есть в Японии остров, где кошек давно стало больше, чем людей. Они бродят между домами, дремлют на солнце и выходят к пристани встречать туристов с парома. На другом конце света, у берегов Багам, одичавшие свиньи, едва завидев катер, бросаются в море и плывут к нему за угощением. Откуда они здесь взялись, никто точно не знает: рассказывают то о кораблекрушении, то о моряках, которые оставили животных на необитаемом берегу как запас провизии.
Есть острова кроликов, лошадей, змей и коз. Обычно их история начиналась без большого замысла: несколько животных сбежали, были брошены или остались после людей, а затем расплодились и сделались главной местной достопримечательностью.
Но существуют и совсем другие острова. Животные оказались на них не по воле случая — каждую такую колонию создавали намеренно. Остров выбирали как естественную ограду, животных привозили на лодках, выпускали и оставляли обживать новую землю. Чаще всего за этим стоял научный расчет, но иногда люди пытались устроить своеобразный Ноев ковчег. История первого острова — как раз о такой попытке.
Эксперимент, за которым не уследили
В 1960-х годах танзанийский остров Рубондо решили превратить в убежище для уязвимых животных, которым угрожали браконьеры и исчезновение привычных мест обитания, — в этакую местную версию Ноева ковчега, как позднее назовет этот проект само управление национальных парков Танзании. Живших на острове рыбаков переселили на материк, а на освободившуюся землю завезли носорогов, слонов, жирафов, антилоп и обезьян. Расчет казался надежным: озеро должно было удержать животных внутри, а браконьеров — снаружи.
Самыми необычными переселенцами стали 17 шимпанзе, прежде живших в европейских цирках и зоопарках. Взрослые обезьяны становились слишком сильными и агрессивными, поэтому владельцы охотно отдали их для возвращения в Африку. На Рубондо обезьян почти без подготовки выпустили в лес и первое время подкармливали. Вскоре они начали нападать на людей, двух самцов застрелили, а сотрудники, занимавшиеся наблюдением, покинули остров.
После этого эксперимент во многом пошел самотеком. Егеря охраняли остров, но, видимо, не вполне хорошо, так как со временем на него пробрались браконьеры и перебили всех черных носорогов, уже успевших прижиться и дать потомство. Чалые антилопы также исчезли, но точная причина этого неизвестна. Зато шимпанзе освоились и начали размножаться. В 1977 году Рубондо объявили национальным парком, а сегодня численность островной популяции шимпанзе оценивают более чем в 60 особей.
Остров, который пришлось спасать
Шимпанзе на Рубондо прижились хорошо, а коалы на австралийском острове Кенгуру — слишком хорошо. Настолько, что вскоре пришлось спасать уже не их самих, а остров от них.
Начиналось все с попытки сохранить исчезающих животных. В 1920-х годах коал в Австралии нещадно истребляли ради меха, и власти решили создать для них безопасную островную колонию. К 1925 году на острове Кенгуру, где коалы прежде не водились, выпустили 18 животных. Новое место оказалось почти райским: пищи вдоволь, а врагов и болезней практически нет.
Через восемьдесят лет спасательная операция вышла боком: коал на острове стало свыше 30 тысяч. Они объедали эвкалипты быстрее, чем те успевали восстанавливаться, и в сплошном прежде зеленом покрове острова появились большие проплешины. Отстреливать один из символов Австралии власти не решились, поэтому запустили дорогостоящую программу стерилизации коал и вывоза их на материк. Сегодня численность популяции на острове Кенгуру заметно сократилась.
Фейс-контроль по ДНК
А вот создатели следующей островной колонии постарались предусмотреть почти все — вплоть до проверки родословной каждого переселенца.
На карибском острове Ангилья начали стремительно исчезать местные малоантильские игуаны. Их вытесняли более крупные зеленые сородичи, часть которых приплыла на вырванных ураганом деревьях. Пришельцы не только отбирали пищу и территорию, но и скрещивались с местными игуанами: еще немного — и те могли раствориться в чужих генах как самостоятельный вид.
И вот, чтобы сохранить последних игуан Ангильи, биологи решили переселить их на соседний остров Прикли-Пэр-Ист, куда зеленые конкуренты еще не добрались. Животных искали около года, а каждого пойманного претендента проверяли по ДНК, чтобы случайно не взять гибрид. Так удалось отобрать 23 игуаны, которых в 2016 году перевезли на новое место. С тех пор остров регулярно обследуют, стараясь поймать любого непрошеного зеленого сородича прежде, чем он даст потомство. За десять лет новая колония выросла примерно до 300 игуан.
Дьявольская страховка
Интересной получилась история с заселением острова Марайя у восточного побережья Тасмании. Здесь заранее знали, что новые обитатели могут уничтожить местные колонии морских птиц, но от задуманного все равно не отказались.
В 1990-х годах тасманийских дьяволов начала косить заразная опухоль на морде, передававшаяся при укусах. Численность животных резко сокращалась, и ученые решили создать на отделенном морем острове здоровую «страховую» популяцию. В 2012–2013 годах на Марайю выпустили 28 дьяволов, и уже через несколько лет их стало около сотни.
Специалисты заранее предупреждали, что хищники примутся за гнездившихся на земле морских птиц. Но тасманийский дьявол находился под угрозой исчезновения, тогда как малые пингвины и короткохвостые буревестники многочисленны и широко распространены. Ради спасения редкого вида местной колонией решили рискнуть.
Предупреждение сбылось: дьяволы уничтожили на Марайе колонию из трех тысяч пар малых пингвинов и сильно сократили численность буревестников. Сама же страховка сработала — островная популяция осталась свободной от болезни, а выросших здесь дьяволов позднее начали переселять обратно на Тасманию.
Приманка для туристов
До сих пор море отделяло переселенных животных от различных опасностей, в том числе и от людей. Но на сейшельском острове Кюрьез все сделали наоборот: гигантских черепах привезли поближе к туристам, чтобы сами туристы держались подальше от другого острова.
Черепах переселяли с Альдабры — удаленного атолла с почти нетронутой природой. Добраться туда было сложно, но растущий интерес туристов угрожал хрупкой местной экосистеме. Кюрьез же расположен всего в двух километрах от населенного острова Праслин и гораздо удобнее для экскурсий. В конце 1970-х туда начали завозить гигантских черепах, создавая доступный для путешественников «дублер» Альдабры.
Выбор места получился символичным. Когда-то на Кюрьезе жили собственные гигантские черепахи, но люди полностью истребили их ради мяса. Новые переселенцы прижились и начали размножаться, хотя теперь их приходится защищать уже на самом острове. Маленьких черепах крадут браконьеры и поедают крысы, поэтому первые пять лет молодняк держат в питомнике и только потом выпускают на волю.
Свобода с кормежкой дважды в день
Жизнь этой островной колонии зависит от лодки, которая дважды в день подходит к берегу. На шести небольших островах среди мангровых зарослей Либерии живут около 60 шимпанзе. Людей там нет, и смотрители приезжают лишь для того, чтобы привезти животным еду и питьевую воду.
Их история началась в 1974 году, когда американский центр крови открыл в Либерии лабораторию. В ее стенах на шимпанзе испытывали вакцины от гепатита и способы очищать донорскую кровь от опасных вирусов. Одних обезьян для этого ловили в лесу еще детенышами, другие рождались уже за решеткой. За три десятилетия через лабораторию прошли более 400 животных.
Когда исследования свернули, оставшихся шимпанзе уже нельзя было просто выпустить в африканский лес, так как все они провели рядом с человеком слишком много лет и не смогли бы самостоятельно вернуться к дикой жизни. Поэтому обезьян расселили по шести мангровым островам в устьях рек, где они могли свободно бродить по лесу, строить гнезда и жить своими группами, оставаясь при этом вдали от деревень и диких шимпанзе. Однако местные заросли давали слишком мало подходящей пищи, а окружающая острова вода была солоноватой. Всё недостающее каждый день приплывало с материка в лодке — канистры с водой, ящики с фруктами и овощами.
В 2015 году ежедневное снабжение колонии оказалось под угрозой, так как американский центр прекратил оплачивать содержание бывших подопытных. Заботу о шимпанзе взяла на себя международная зоозащитная организация, которая сначала обеспечила экстренные поставки, а затем обязалась содержать животных до конца их жизни.
У бывших лабораторных шимпанзе на либерийских островах хотя бы остались люди, готовые о них заботиться. Кошек на бразильский остров Фуртадо, напротив, годами свозили именно затем, чтобы от них избавиться: 👇
