Пограничные споры традиционно решают двумя путями: войной и дипломатией. А что, если договориться не удается, а воевать не хочется? Тогда на карте появляются кондоминиумы — территории, на которых верховную власть осуществляют обе стороны на равных.
В Средние века и Новое время таких зон совместного управления было немало: Кипр, Задвинское герцогство, Орегон, Самоа. Даже наш Сахалин в XIX веке в течение 20 лет пробыл под совместным управлением Российской империи и Японии. Постепенно кондоминиумы один за другим стали исчезать с мировой карты: страны либо делили спорные территории, либо давали им независимость. И сегодня на планете осталось только два реальных и классических кондоминиума. Один особого интереса не представляет — это небольшая территория на границе ОАЭ и Омана, где переплетаются племенные права и исторические притязания.
А вот второй — поистине уникален. Это крошечный остров посреди реки размером, как двор стандартной хрущевки. Такой же зеленый, но совершенно безлюдный. Но самое удивительное в том, что дважды в год этот клочок земли переходит от одной страны к другой.
Меж двух соседей
Эта интересная территория называется остров Фазанов и находится посреди реки Бидасоа, которая в нижнем течении служит государственной границей между Испанией и Францией.
Место исторически густонаселенное, и на обеих берегах реки стоят два города: французский Андай и испанский Ирун. Поскольку две страны находятся в шенгенской зоне, границы между ними условные, и люди почти без формальностей перемещаются между населенными пунктами. Так что смысл пограничного спора непонятен — зачем делить безлюдный остров, если Андай и Ирун и так состоят в неформальной агломерации?
Виновник споров вот он — в аккурат посреди неширокой реки. Вытянутый и заостренный с концов, как веретено, он созерцает жизнь с невозмутимым спокойствием векового наблюдателя. Редкие деревья, подстриженная трава и прямоугольная невысокая стела на постаменте — вот и все примечательные части его рельефа. Ни моста, ни причала, ни каких-либо построек. Обычный речной островок, коих пруд пруди в русле Бидасоа. Вот только побывать на нем не получится. Физически, конечно, можно, особенно в межень, когда река сильно мелеет. Но с обеих берегов за нарушителями бдительно наблюдает полиция, выдворяя их обратно и порой даже штрафуя.
Веретено истории
Фазанов на острове Фазанов тоже нет. И никогда не было. Название, как считают, образовалось в те времена, когда на нем подавали изысканно приготовленных птиц кардиналу Мазарини. Государственный муж оказался на острове неслучайно. Именно на этом клочке земли когда-то давно решалось будущее двух могущественных королевств, долго воевавших между собой.
Многие помнят знаменитый Тильзитский мир, который Александр I заключил с Наполеоном в 1807 году. Широкому кругу читателей он известен не столько по историческому контексту, сколько по иллюстрациям к «Войне и миру» Толстого: два императора договариваются посреди реки на плоту с богатым шатром.
На самом деле такая практика встреч высоких сторон пошла еще со Средних веков — полководцы, короли и их представители предпочитали договариваться на условно нейтральной территории, каковой в ту пору считались реки. Границу раньше проводили по берегам, а сам фарватер с мелкими островами в нем всегда оставался как бы ничейным.
Остров Фазанов для переговоров подходил идеально, так как лежал посередине пограничной реки. Вот на нем в 1659 году и состоялась встреча кардинала Мазарини как представителя Людовика XIV и Луиса де Аро, первого министра короля Испании Филиппа IV. Страны закончили длительную войну и на острове в течение трех месяцев обсуждали условия мирного договора.
К слову, в команде Мазарини за организацию переговоров отвечал граф д’Артаньян, преданный помощник кардинала. Почти через 200 лет после описываемых событий Александр Дюма романтизировал имя графа в своих романах о трех мушкетёрах, омолодив персонажа лет так на 40 и заставив его поучаствовать в тех событиях, во время которых реальный Д’Артаньян был совсем мальчишкой.
После торжественного подписания Пиренейского мира остров Фазанов было решено оставить в совместном управлении прежде всего как память о событии. Реально ни Франции, ни Испании он был не нужен, но дальновидный Мазарини предложил своему испанскому коллеге официально закрепить нейтральный статус — вдруг когда еще раз понадобится.
И понадобилось. Но только не для проведения переговоров, а как место для королевских смотрин и свадеб. Сразу после подписания Пиренейского мира на острове Фазанов состоялась свадьба Людовика XIV и испанской принцессы Марии-Терезии. В 1722 году на нем произошел настоящий «обмен» принцесс: испанскую передали Франции в качестве невесты для 11-летнего Людовика XV, а французскую — как невесту будущему испанскому королю Людовику I.
Вот так остров Фазанов стал идеальной сценой для династического театра Европы и символическим мостом между двумя державами.
Жизнь кондоминиума
Сегодня о знаковых моментах истории на острове напоминает лишь памятник, установленный в честь подписания Пиренейского мира. За ним тщательно ухаживает та сторона, в чьем владении находится остров. Страна-хозяйка также следит за порядком, убирает нанесенный ветром мусор и стрижет траву с кустарниками. А больше на острове заниматься нечем, поэтому круглый год он стоит пустынным и оживает лишь в дни исторических праздников, когда на его берега высаживается «десант» из официальных лиц и реконструкторов, показывающих красочные представления.
Казалось бы, в чем проблема включить остров Фазанов в туристический маршрут и возить на него туристов, рассказывая около памятника о Мазарини, его верном помощнике Д’Артаньяне и короле-солнце Людовике XIV?
Мешают бюрократические препоны, которые чиновники оправдывают «символизмом» острова как условно нейтральной территории. Как проводить экскурсии в тот период, когда землей управляет соседняя страна? Это же надо разрабатывать целый регламент и утверждать его в Париже и Мадриде. Проще укрыться за щитом «исторического символизма», оправдываясь данью традициям.
Но простым туристам все эти сложности невдомек. С берегов реки они видят маленький ухоженный островок с памятником на сочной зеленой лужайке. Было бы заманчиво попасть туда, сделать пару кадров, а может, и устроить пикник в тени деревьев. И попадают, особенно когда летом Бидасоа сильно пересыхает с испанской стороны и рукав можно перейти вброд. Вот только ненадолго. Остров находится в прицеле камер, и нарушителей быстро с него выдворяют. Если это турист, все заканчивается профилактической беседой, а местного могут и оштрафовать. Вот поэтому редкие «репортажи» блогеров с острова Фазанов сняты в ночное время и напоминают партизанскую операцию.
В общем, близок локоть, да не укусишь. Справедливости ради, на острове действительно нечего делать. Раньше деревья на нем были гуще, образуя по краям плотную зеленую стену. За ней действительно можно было укрыться от глаз телекамер и полиции и приятно провести время в изоляции от городского шума. Но сегодня всю лишнюю растительность вырубили, и теперь остров утратил значительную часть своей привлекательности.
Смена «гражданства» тут тоже происходит буднично и незаметно. Можно было поставить мачту с флагом, который символизировал бы государственную принадлежность. 31 января городские власти Ируна торжественно бы поднимали испанский стяг, а 31 июля французы водружали свой триколор. Но нет: суверенитет сменяется по интернету. Накануне два мэра обмениваются по почте электронными письмами, носящими формальный характер. И всё — очередной цикл кондоминиума запускается без фанфар, свидетелей и барабанов.
Сегодня остров Фазанов — самый маленький и старейший кондоминиум в мире. А ведь еще недавно на карте Европы у него был соперник — государство, про которое сегодня мало кто помнит, хотя ещё сто лет назад оно имело собственную конституцию и мечтало стать первой в мире эсперанто-державой: 👇
