Пока европейские политики твердят о единстве, на форумах разворачиваются настоящие баталии между жителями стран, полные взаимных приколов, прозвищ и тонких наблюдений за национальными привычками. Это не враждебность, а скорее давняя традиция подшучивать над соседями. Читая их, складывается впечатление, что Европа живет в плотной сети взаимных стереотипов.
Почти у каждого народа есть устойчивый образ, и почти всегда он слегка карикатурный. Но любопытно, что большинство таких колкостей произносятся без настоящей злобы — скорее как часть старой континентальной игры «подразни соседа».
Британия и Центральная Европа
Начать стоит с Британских островов, потому как именно вокруг них вращается наибольшее количество шуток и стереотипов.
Жителей Великобритании часто изображают людьми чрезвычайно вежливыми и одновременно холодными. С одной стороны, это нация людей, которые бесконечно извиняются, стоят в очередях и обсуждают погоду так, будто это национальный вид спорта. С другой — стоит британцам выехать на южные курорты Испании, как образ мгновенно меняется: появляются шумные туристы, которые с утра ищут паб, напившись эля, идут загорать на пляж, а вечером — орут в караоке.
Такая двойственность подпитывает старые прозвища: например, французы и немцы до сих пор называют англичан «ростбифами». В этом имени скрыта легкая ирония не только над любовью к жареной говядине, но и над привычкой британцев моментально обгорать под непривычным ярким солнцем.
Совсем другой характер приписывают французам, вокруг которых существует много мемов и колкостей. Француз в европейском юморе — это человек, который уверен, что его страна изобрела почти все хорошее на свете: кухню, моду, литературу и саму идею культурного превосходства. Отсюда возникает распространенная шутка: если француз знает английский, он будет специально говорить на нем с чудовищным акцентом, чтобы показать, что он делает вам великое одолжение, снисходя до этого «варварского наречия».
Образ парижанина, который курит одну за одной, смотрит на туристов как на грязь под своими стильными туфлями и философствует о тщетности бытия, — золотой фонд европейского юмора.
Есть и другой устойчивый сюжет — французские протесты. Зачастую Франция изображается страной, где люди готовы выйти на улицу почти по любому поводу. Поэтому на карикатурах и в мемах француз часто держит багет в одной руке и плакат с требованием чего-либо в другой.
«Немцы — роботы, никаких чувств, они мыслят только работой и эффективностью. Они не умеют одеваться, постоянно носят носки с сандалиями, их еда отстой, их женщины позволяют всем волосам расти естественным путем», — вот типичный отзыв испанца о немцах. «Роботы» — здесь точное слово, так как жителей Германии в остальной Европы традиционно связывают с дисциплиной, любовью к порядку и инструкциям. Немец в стереотипе — человек, который способен составить инструкцию даже для открытия инструкции.
Одновременно существует и другой стереотип — «немецкая эффективность». Он связан с промышленной и инженерной репутацией страны. В интернет-обсуждениях часто пишут, что если что-то сделано в Германии, то оно будет надежным и хорошо продуманным.
И сразу об их соседях австрийцах, которых регулярно спрашивают, не немцы ли они, что вызывает у них легкое раздражение. В австрийском ответе обычно звучит тонкая ирония: «Да, мы — те самые немцы, которые научились готовить десерты и не кричать». Сами немцы, говоря об Австрии, иногда шутят, что это государство существует главным образом для того, чтобы напоминать миру: самый известный немец XX века — Адольф Гитлер — родился не в Германии. В свою очередь, австрийцы любят отвечать, что Германия сумела превратить австрийского художника в немецкого диктатора.
«Швейцарцы говорят на забавном немецком, из-за чего создается впечатление, будто они живут в игровой версии Германии», — шутят на форумах. А еще в обсуждениях Швейцария — это почти карикатурно спокойная страна. Ее представляют местом, где всё идеально работает, поезда приходят по секундам, люди обсуждают процентные ставки с таким же энтузиазмом, как другие — футбол, а самое захватывающее событие за неделю — это когда чья-то корова сменила пастбище.
Также существует стойкое убеждение, что под каждым швейцарским шале спрятан ядерный бункер с запасом шоколада и сыра на пятьдесят лет. В интернете смеются: «Если случится апокалипсис, швейцарцы просто закроют Альпы на ключ и подождут, пока всё утихнет, попивая вино».
Про Бельгию стереотипов меньше всего, но они довольно жесткие. «Половина ее жителей — просто тупые французы, которые бедны, другая половина — эгоистичные богатые голландцы», — пишут язвительные англичане. Разделение страны на фламандскую и валлонскую части и в самом деле становится объектом насмешек. Во многом виноваты сами бельгийцы, которые постоянно подшучивают над своей сложной языковой системой. Но при этом бельгийцев любят за шоколад, пиво и европейскую столицу Брюссель.
Жителей Нидерландов на форумах часто по старинке называют голландцами и пишут про их предельную прямолинейность. Если француз будет долго подбирать вежливую формулировку, чтобы отказать, то голландец, по мнению соседей, просто скажет: «Это плохая идея». Иногда такое воспринимается как грубость, но сами жители Нидерландов считают свою манеру просто честностью.
Кроме того, страна неизбежно ассоциируется с велосипедами, каналами и чрезвычайно либеральным законодательством. Поэтому в европейских шутках Нидерланды иногда изображают местом, где можно легально почти всё, кроме, пожалуй, опоздания на велосипедную дорожку.
Южная Европа
Стереотипы в отношении испанцев строятся вокруг южного образа жизни: поздних ужинов, ночных развлечений и знаменитой сиесты. С точки зрения остальной Европы такой ритм кажется чересчур расслабленным, поэтому испанцев иногда называют ленивыми.
«Португальцы бедные и постоянно едят треску. Все их мужчины либо водопроводчики, либо укладчики плитки. А женщины волосатые и имеют усы». Кажется чересчур жестоко, но на самом деле в Европе португальцев любят и считают тихими и немного меланхоличными.
Совершенно иной характер приписывают итальянцам, которых представляют людьми невероятно эмоциональными. Итальянец в шутках разговаривает руками почти так же активно, как словами. Если убрать жесты, он, кажется, вообще не сможет закончить предложение. «Если вы небогатый студент, — пишут на форумах, — то итальянская паста, пицца и дешевый кофе — это именно то, что вам нужно». Наверное, поэтому британцы, а особенно американцы называют итальянцев «макаронниками». А те и не обижаются, ведь трудно спорить с тем, что твоя кухня покорила половину мира.
Греция в представлении интернет-сообщества — это солнце, пляж, акрополь и белье, висящее на окнах. А люди, ее населяющие, без ума от своей феты и обожают жаловаться всем и каждому на правительство и экономику. При этом если иностранец решит поддакнуть и тоже покритикует Грецию, он рискует тут же получить гневную лекцию о том, что это «колыбель цивилизации».
Также греки невероятно громкие люди, которые могут обсуждать в ресторане меню так, что со стороны это похоже на начало драки. При этом отмечают запредельный уровень гостеприимства: «тебя накормят, даже если ты не голоден».
Про остальные балканские народы шуток немного. Сербов считают воинственными, хорватов называют «католической версией» сербов, а босняков — «мусульманскими сербами», что очень злит последних. Албанцы — это традиционно мафиози, сделавшие состояние на наркотиках. Меньше всего шуток про главных «невидимок Европы» — словенцев, единственный стереотип про которых заключается в том, что никто не знает толком, кто они такие. Черногорцев называют феноменально ленивыми — «олимпийскими чемпионами по горизонтальному лежанию», а македонцам вспоминают их нелепую попытку приватизировать античное наследие и стать «великими потомками Александра Македонского».
Северная Европа
Скандинавские страны представляют образцом социального государства: всё аккуратно, чисто, организованно и немного слишком правильно. Иногда южные европейцы шутят, что в Скандинавии даже беспорядок организован заранее.
Вот типичные шутки и цитаты с форумов о жителях северных стран:
«Норвежцы богаты, потому что у них есть бензин, а их студентам платят за отпуск в зарубежных странах. Они едят рыбу при каждом приеме пищи, и у них постоянно лежит снег, по которому норвежцы, как одержимые, бегают на лыжах».
«Бедные шведы, мне их даже жаль: там мужчины под полным каблуком у феминисток. Дома у них обязателен нудизм, а питаются они исключительно рыбой и сухариками Krisprolls. Что же касается интерьера, то их фантазия ограничена только тем, что завезли в ближайшую IKEA».
«Единственное время, когда датчане превращаются в викингов — это когда они дорываются до дешевого алкоголя на паромах. В остальное время это просто очень вежливые и очень скучные люди в черном, чей язык звучит так, будто кто-то говорит по-норвежски, одновременно пытаясь не подавиться горячей картофелиной».
Национальную кухню исландцев описывают как биологическое оружие. Считается, что они едят это тухлое мясо только для того, чтобы смотреть на лица перепуганных туристов. А еще пользователи интернет-сообществ смеются над тем, что в Исландии население настолько малочисленно, что перед свиданием нужно проверить специальную базу данных, чтобы случайно не закрутить роман с троюродной сестрой. «Исландия — единственное место, где фраза «ты мне как брат» — это не метафора, а юридический риск».
Особое место занимает Финляндия. Финнов в европейском юморе изображают людьми молчаливыми до почти философской степени, больших любителей алкоголя и саун, которые они строят даже в телефонных будках. «Финн заговорит с вами только в двух случаях: если он в сауне или если он выпил. В остальное время любое «привет» воспринимается как несанкционированное вторжение в частную жизнь».
Восточная Европа
К полякам в Европе относятся как к «главным стахановцам», так как после расширения Европейского союза многие поляки поехали работать на запад. В медийном пространстве после этого возник образ «польского сантехника», который всё починит быстрее, дешевле и качественнее любого местного, даже если для этого придется использовать только синюю изоленту. А еще на форумах часто подучивают над польским культом «курвы» — словом, которым поляк может выразить любую эмоцию: от бесконечного счастья до глубокой депрессии.
Чехов называют «нацией Швейка», которая саботируют любые глупые приказы с помощью иронии и притворного простодушия. А еще они «самые веселые из славян», чей культурный образ неразрывно связан с пивом, атеизмом и хоккеем.
Словаков постоянно путают со словенцами и не только по созвучию, а еще и потому, что про тех и про этих в Европе мало что знают. Словаки традиционно считаются «младшими братьями» чехов, и любят они не пиво, а «жидкий лес» — так на форумах называют их национальную можжевеловую настойку боровичку.
Венгры — это инопланетяне Европы. Главный стереотип о них строится вокруг их языка: в интернет-обсуждениях шутят, что венгерский был создан либо для того, чтобы запутать шпионов, либо самими гуманоидами, потому что он не похож ни на один язык соседей. Образ типичного венгра неразрывно связан с гуляшом и способностью съесть столько острого, сколько убьет обычного европейца.
Румын не любят. Стереотип о родине цыган и о воровстве очень живуч в отношении этого народа. Часто всплывают шутки о том, что румыны якобы могут украсть ваш кошелек раньше, чем вы успеете поздороваться. Но есть и позитивный стереотип. Румынию считают страной с самым быстрым и дешевым интернетом в Европе. Есть даже шутка: «Если вы проиграли румыну в онлайн-игре, это не потому, что он читер, а потому, что его пинг ниже, чем ваша самооценка».
Вся Европа в курсе, что болгары кивают, когда хотят сказать «нет», и качают головой, когда согласны. И эта их особенность часто попадает в шуточный прицел. А еще подтрунивают над их уверенностью, что йогурт изобрели именно в Болгарии, и всё, что ныне продается в других странах, — это не настоящее «кисело мляко», а лишь жалкая подделка.
Чтобы хоть как-то отличать латыша от литовца, пользователи форумов придумали свой шуточный маркер. Если человек при виде баскетбольного мяча впадает в транс — это литовец. А если он в хоккейной фуфайке и срывает голос, скандируя «Латвия!» — перед вами стопроцентный латыш. Над ними даже шутят, что если латвийская сборная побеждает, то в Риге объявляют выходной, а если проигрывает — всё равно объявляют, чтобы коллективно погрустить над тарелкой серого гороха.
Другое дело эстонцы, чье фанатичное желание быть как можно дальше от своего прошлого и как можно ближе к Скандинавии вызывает устойчивые насмешки и колкости. В сетевых баталиях им часто прилетает за этот «скандинавский косплей»: мол, флаг почти такой же как у финнов, кофе пьют ведрами, молчат так же выразительно, но для Северной Европы все равно остаются «ребятами с другого берега».
А еще эстонцев называют «IT-эльфами», которые оцифровали всё — от выборов до сбора грибов, лишь бы поменьше контактировать с реальностью (и соседями).
За бортом повествования остался стереотип об ирландцах, этих драчливых любителях виски и зеленого цвета. Ну да тут одним абзацем не ограничишься, ибо отношение в Европе к ним, мягко говоря, сложное: 👇
