Погожим весенним вечером 28 мая 1987 года москвичи и гости города, гуляя по улицам, не верили своим глазам — над Ходынским полем кружил немыслимый для московского неба легкий белый самолет явно иностранного производства с синей полосой на борту. Он пролетел над Историческим музеем, Красной площадью, резко взмыл вверх, сделал разворот наподобие мертвой петли и стал заходить на посадку со стороны Большой Ордынки.
Шасси самолета коснулись Большого Москворецкого моста, а дальше он накатом проехал к храму Василия Блаженного, где и остановился. Из кабины вылез улыбающийся юноша в красной куртке и темных очках. Обойдя самолет, он остановился подле кабины, оглядываясь по сторонам.
К легкомоторной Cessne 172 вовсю спешили зеваки, но общение не получилось — на все вопросы пилот лишь смущенно улыбался, отвечал что-то по-немецки и пожимал плечами. Ситуацию спасла пожилая женщина, знавшая язык. От нее окружающие и узнали, что иностранца зовут Матиас Руст, он прилетел из Хельсинки и хочет мира во всем мире.
Некоторые стали просить у Руста автограф, но импровизированная сессия продлилась недолго. Через 20 минут к любопытным москвичам присоединились военные и милиция. У них было много вопросов к дерзкому пилоту. Но гораздо больше их было к советской ПВО, которая с легкостью позволила легкомоторному самолету пролететь больше тысячи километров над территорией СССР.
Официальное объяснение сводилось к «стечению обстоятельств». Там просмотрели, тут приняли за своего, а на подлете к Москве и вовсе растерялись и не знали, что делать. За это «просмотрели» и «проглядели» в отставку был отправлен министр обороны СССР, главком ПВО, а вместе с ними еще два десятка высокопоставленных генералов.
Что же до самого «борца за мир», то его судили, приговорили к 4 годам, а меньше чем через год амнистировали и выпустили в ФРГ.
