Когда я окончил девятый класс, нашей школе выпала очередь нести почетный караул у городского Вечного огня. Целый месяц мы в специальной зеленой форме с утра до вечера стояли с автоматами из кабинета НВП на Посту №1, сменяя друг друга каждые полчаса. В советском Новосибирске такая вахта была постоянной — по будням у Вечного огня дежурили школьники, а в День Победы и 7 ноября их сменяли курсанты.
И ведь никому из нас, подростков, даже не приходило в голову спросить, почему у могилы горит неугасимое пламя, кто первым связал его с памятью о погибших на войне и зачем люди бросают в чашу монетки. Тогда все это казалось таким же естественным, как демонстрации дважды в год или смена дня и ночи, — просто часть привычного порядка вещей.
Уверен, и сегодня мало кто ответит, при чем тут огонь и откуда пошла эта традиция? С 1957 года, Ленинграда и Марсова поля? Нет, гораздо раньше. А если посмотреть на историю Вечного огня шире, его корни и вовсе уйдут в античность.
От весталок до икон
Еще в древнегреческих городах существовали общественные очаги, посвященные богине Гестии. Огонь в них поддерживали постоянно: он олицетворял жизнь и единство всей общины. Когда греки основывали новую колонию, они брали пламя из очага родного города и переносили его на новое место. Так огонь связывал старую и новую общину, словно подтверждая, что одна продолжает другую.
Римляне придали этому обычаю особенно строгую государственную форму. В храме Весты горел священный огонь, за которым следили жрицы-весталки. Он считался общим очагом Рима, поэтому его случайное угасание воспринимали как дурное предзнаменование для всего государства. Пламя поддерживали до конца IV века, пока при императоре Феодосии не были запрещены древние языческие культы.
Священный огонь столетиями хранили и зороастрийцы в своих храмах, но гораздо привычнее для нас христианская традиция. Достаточно вспомнить лампады перед иконами, алтарями и мощами. Они горели не только в церквях: во многих домах пламя лампадки перед образами старались поддерживать постоянно, как символ непрестанной молитвы.
Получается образ неугасимого пламени существовал задолго до появления военных мемориалов и огонь воспринимался как знак незримого присутствия: божества, души, жизни города, связи между поколениями. Поэтому со временем он так естественно стал символом памяти о людях, которых уже нет.
Пламя памяти
Современное, знакомое нам воплощение древний образ неугасимого пламени получил лишь после Первой мировой войны, когда Европа столкнулась с невиданным прежде масштабом потерь. Сотни тысяч погибших так и не удалось опознать, а у множества семей не осталось могилы, к которой можно было бы прийти. Ответом стали могилы Неизвестного солдата: один безымянный погибший символически представлял всех, кто пропал на полях сражений или остался без погребения.
Французского Неизвестного солдата похоронили под Триумфальной аркой в 1921 году, и некоторое время мемориал представлял собой обычную гранитную плиту, которая с наступлением сумерек терялась в темноте. Предложил осветить «первую могилу Франции» скульптор Кальве, и поскольку установку фонарных столбов сочли слишком дорогой затеей, муниципалитет придумал поставить факелы, которые зажигали вечером.
Два года спустя журналист и ветеран войны Габриэль Буасси предложил превратить вечернее освещение в нечто большее — над могилой должно было постоянно гореть пламя, напоминающее о памяти, которая не угасает со временем. И вот в 1923 году под Триумфальной аркой впервые в мировой истории загорелось «Пламя памяти», которое не гаснет уже более ста лет.
С этим огнем связан необычный ежедневный ритуал. Каждый вечер в 18:30 под Триумфальной аркой проходит церемония «оживления пламени», в которой по очереди участвуют ветеранские и общественные организации, воинские части, школы и муниципалитеты. Она заключается в том, что представитель дежурной организации церемониальным клинком увеличивает подачу газа, и пламя на несколько мгновений становится выше и ярче. Ритуал проводят каждый день, в любую погоду, и не прекращали даже во время немецкой оккупации Парижа.
Французский пример быстро подхватили в других странах. К концу 1930-х годов вечные огни уже горели у военных мемориалов Бельгии, Польши, Португалии, Румынии, Чехословакии и Австрии. Но все они были посвящены погибшим в Первой мировой. А вот память о жертвах следующей мировой войны впервые увековечили огнем в югославском Сараеве. Мемориал «Вечный огонь», посвященный освободителям города и жертвам фашизма, появился там в 1946 году — за одиннадцать лет до первых советских огней.
Первых было два
Именно огней, а не огня, так как с первенством тут не все так просто. Долгое время считалось, что первый Вечный огонь в СССР зажгли на Марсовом поле в Ленинграде. Это произошло 6 ноября 1957 года, накануне 40-летия Октябрьской революции. И посвящен он был не погибшим в Великой Отечественной войне, а революционерам, похороненным на Марсовом поле.
В решении Ленгорсовета цель сформулировали предельно ясно:
В ознаменование 40-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции и в целях увековечения памяти борцов революции […] Исполком Ленгорсовета […] принял решение о сооружении надгробия с неугасимым светильником на месте захоронения жертв Великой Октябрьской социалистической революции.
Первый проект комплекса был выполнен в виде звезды с большой квадратной плитой из красного гранита в углублении. В центре мемориала располагалось круглое отверстие с факельной горелкой, из которой вырывалось вечное пламя. Фитиль зажгли от искры мартеновской печи Кировского завода, а вот кто именно это сделал, полной ясности нет: одни утверждают, что это была старейшая коммунистка города Прасковья Кулябко, другие — некий сталевар Жуковский, чье имя не сохранилось.
Именно Марсово поле стало главным местом, от которого огонь начали разносить по стране, словно повторяя древнегреческий обычай переноса пламени из родного города в новую колонию. Уже в феврале 1958 года его доставили на Малахов курган в Севастополе. В 1960 году от него зажгли огонь на Пискаревском кладбище, а 8 мая 1967-го — у Могилы Неизвестного солдата возле Кремлевской стены. Сделал это Леонид Брежнев факелом, доставленным из Ленинграда.
На протяжении всего советского времени первенство Марсова поля даже не оспаривалось. Но в начале 2010-х годов широко заговорили о другом огне, который вспыхнул почти на полгода раньше — в поселке Первомайском Щекинского района Тульской области.
История у него получилась не государственная, а заводская. Инициатором выступил фронтовик Сергей Джобадзе, директор расположенного по соседству Щекинского газового завода. Газ к воинскому мемориалу подвели прямо с предприятия, и 9 мая 1957 года пионерка Люба Коротких зажгла перед памятником газовый факел, о чем и написали в районной газете.
Дальнейшая судьба Вечного огня в Первомайском немного путанная. Иногда пишут, будто его погасили сразу после открытия и затем зажигали лишь дважды в год, но надежных подтверждений этому нет. Известно другое: постоянно гореть он перестал в конце 1990-х годов, после чего более десяти лет огонь зажигали только в памятные дни. Непрерывное горение восстановили лишь в 2013 году.
Вот поэтому первенство по Вечному огню пришлось разделить. Первомайский стал первым по надежно установленной дате и первым огнем, посвященным погибшим в Великой Отечественной войне. Марсово поле же стало первым большим государственным мемориалом, от которого началась вся советская огненная эстафета.
Секрет неугасимости
На этом история Вечного огня не заканчивается. Интересно разобраться в том, как он устроен. Почему пламя не гасят ливни, снег и сильный ветер? И почему газ, который на кухонной плите горит почти прозрачным голубым пламенем, здесь дает яркий желто-оранжевый факел?
В Первомайском горелку создавали в сжатые сроки, без каких-либо технических новшеств, почти по принципу обычной газовой плиты. Вероятно, поэтому после торжеств огонь погасили, не дожидаясь, пока это сделает первая серьезная непогода.
А вот в Ленинграде к конструкции подошли ответственно, поручив ее создание инженерам «Ленгазпроекта». Они придумали горелку, состоявшую из трех отдельных запальников. В них подавался газ, проходивший через электрические спирали под постоянным напряжением. В итоге получалось высокое пламя, секрет неугасимости которого заключался в том, что ядро горения находилось внутри, и вода, снег и сильный ветер не могли ему навредить.
Желто-оранжевый цвет пламени тоже создают намеренно. Если природный газ хорошо смешать с воздухом, он сгорает почти бесцветным голубым пламенем. В мемориальной горелке воздуха подают меньше, поэтому в огне остаются мельчайшие частицы углерода. Они раскаляются и дают яркое оранжевое свечение, заметное даже днем.
Странная традиция
Наряду с официальными церемониями и общегородскими праздниками у Вечного огня сложились и свои неофициальные обычаи. Самый странный из них — бросать монеты прямо в чашу с пламенем, словно перед нами не воинский мемориал, а обычный городской фонтан.
Так поступают далеко не везде. В Новосибирске сама конструкция словно подталкивает к этому: огонь расположен в центре неглубокой чаши, на дне которой всегда лежит мелочь. Когда я стоял в карауле, комиссар нашего отряда каждый вечер сметал монеты в мешок, а утром относил его в ближайший гастроном, с которым существовала договоренность. Кассирша не тратила время на пересчет, а просто взвешивала мешок на весах и выдавала сумму по одной ей известной формуле. Куда потом шли эти деньги, никто из нас не задумывался. Сейчас обычно говорят, что их направляют на помощь ветеранам или содержание мемориала.
Судя по всему, обычай прижился прежде всего там, где чаша напоминала место, куда так и хочется что-нибудь бросить. Если же Вечный огонь устроен в виде звезды с горелкой посередине, монетам там просто негде задержаться.
Сама традиция выглядит довольно странно. Понятно, что люди бросают деньги без дурного умысла, но зачем именно — никто толком объяснить не может. Ребятня проверяет, удастся ли попасть «в центр», а взрослые часто повторяют жест автоматически, не задумываясь о его смысле.
Между тем Вечный огонь — не Чижик-Пыжик, которому бросают монетки на счастье. Он появился как память о людях, у многих из которых не осталось даже собственной могилы, поэтому странно приходить к нему, чтобы попросить удачи для себя. Куда уместнее просто остановиться на минуту и вспомнить, ради кого горит это пламя и зачем его вообще когда-то зажгли.
У мемориального огня вечность рукотворная: его питают газом и следят, чтобы пламя не погасло. Но на Земле существуют огни, которым не нужны ни горелки, ни запальники, ни человеческий уход: 👇
