Сначала они разговаривали в доме, постепенно повышая тон. Когда тесная комната перестала вмещать накопившуюся злость, вышли во двор перекурить. Хотели постоять, успокоиться, но слово цеплялось за слово, старые обиды всплывали одна за другой, и вскоре они снова кричали друг на друга. Один что-то настойчиво требовал, другой отказывался, пока в какой-то момент слова у него не закончились. Он схватил собеседника и рывком сунул его голову в бочку с водой, возле которой они стояли.
Жертва забилась, попыталась вырваться, вцепилась руками в осклизлые края, но нападавший держал крепко. Вода выплескивалась наружу, ноги судорожно скребли землю, движения постепенно слабели, пока тело наконец не обмякло. Убийца отпустил его и тяжело распрямился.
В ту же секунду за спиной затрещал забор. Кто-то не удержался наверху, доски заскрипели и подались вперед. Мужчина резко обернулся и увидел два перепуганных детских лица.
Мальчишки смотрели на него широко раскрытыми глазами…
След капкана
Утром 18 июня 1986 года в одном из пионерских лагерей Брянской области недосчитались двух воспитанников — Леши Фирсова и Вовы Холмогорова. Их искали в корпусах, на территории лагеря, расспрашивали ребят, пока наконец один из приятелей не признался, что накануне вечером мальчишки тайком ушли в лес. Там у них было свое убежище, о котором знали только несколько друзей. Вожатые отправились на поиски, разошлись по тропам, заглядывали в заросли, звали ребят по именам. Поиски затягивались, и тревога постепенно росла. Наконец одна из вожатых, пробираясь через лес, заметила у дерева неподвижное тело. Подойдя ближе, она узнала Вову Холмогорова. Он был мертв.
Лагерь сразу подняли на ноги — из райцентра примчалась милиция со следователями и криминалистами. Им сразу бросилась в глаза странная деталь: на щиколотке Вовы были глубокие парные раны, словно ногу с двух сторон стиснули железные зубья. Больше всего они походили на след капкана. Выходило, что мальчик угодил в ловушку, но каким-то образом освободился, хотя самого капкана поблизости не было.
Однако причиной смерти стали вовсе не эти раны. Экспертиза показала, что Вову задушили. Получалась совершенно непонятная история: кто освободил его из капкана, куда потом делась ловушка и зачем после этого понадобилось убивать мальчика? И где тогда Леша Фирсов?
Теперь лес прочесывали уже не вожатые, а милиционеры, кинологи и местные жители. Следы на ноге Вовы прежде всего заставили вспомнить о браконьерах, и вскоре появился первый подходящий подозреваемый — местный охотник Владимир Хромов, матерый браконьер, вдобавок успевший отсидеть за хулиганство.
Когда милиционеры подъехали к его дому, Хромов неожиданно открыл по ним огонь из окна. Несколько минут всё напоминало американский вестерн: милиционеры прятались за углом, а хозяин палил из двустволки, выкрикивая что-то нечленораздельное. Но двустволку приходится перезаряжать, и, дождавшись очередной паузы, милиционеры ворвались в дом и скрутили стрелка.
Казалось, вот он, убийца, осталось только понять, зачем ему понадобилось расправляться с мальчиком. Однако Хромов оказался настолько пьян, что допрос пришлось отложить до утра. Обыск тем временем ничего не дал, а протрезвевший браконьер на следующий день лишь изумленно таращился на следователей и явно не понимал, о каких пионерах идет речь. Его можно было еще допрашивать, ловить на противоречиях, давить вопросами, но следователи уже чувствовали, что зацепились не за того — уж слишком неподдельным выглядело изумление Хромова.
Задача с двумя неизвестными
Тем временем поиски продолжались и наконец дали результат. Вот только совсем не тот, которого ждали. Одна из групп наткнулась неподалеку от болота на резиновый сапог — не старый, не прохудившийся, а почти новый. Стали искать вокруг и вскоре заметили среди воды и болотной травы его хозяина. Тело лежало далеко от берега, наполовину погруженное в воду, но даже издали было ясно, что это не мальчик.
Когда погибшего вытащили на сушу, перед милиционерами оказался мужчина лет шестидесяти с тюремными наколками на теле. Второй сапог был у него на ноге, а во внутреннем кармане плаща обнаружили вещь, совершенно не вязавшуюся ни с возрастом, ни с обликом. Это была детская рогатка, самая обычная, какую мальчишки мастерят из подходящей роготулины и куска резины.
Рогатку показали ребятам из отряда пропавших детей и те узнали ее сразу: Вова Холмогоров сделал ее еще дома, по всем правилам, из хорошей аптечной резины, и не раз хвастался своей поделкой приятелям.
Поиски Леши тем временем только расширялись. К милиционерам и вожатым присоединялись жители окрестных деревень, работники охотхозяйства, лесники — все, кто хорошо знал здешние дороги, просеки и заболоченные низины. Люди уходили все дальше от лагеря, но мальчик будто растворился в лесу. Проходили дни, и надежды найти его живым оставалось все меньше.
У следствия теперь было два погибших, совершенно разных человека, которых неожиданно связала одна маленькая детская вещь. Связь была несомненной, но понять, что за ней стояло, пока не удавалось. А тут эксперты добавили еще одну странность: вода в легких мужчины не совпадала с водой из болота, где нашли тело. Значит, погиб он в другом месте, а в болотную низину попал уже после смерти. Кто и зачем перенес туда тело уголовника, оставалось непонятно.
То, что погибший был именно уголовником, выяснили довольно быстро. Утопленником оказался 64-летний Петр Бычков, рецидивист, не раз отбывавший сроки. На первый взгляд картина даже начинала складываться: Бычков мог встретить мальчишек в лесу, расправиться с Вовой и зачем-то забрать его рогатку. Потом погиб сам, возможно, утонув где-то неподалеку. Вот только одно никак не укладывалось в эту версию: кто перенес тело Бычкова в болото и зачем? Уж точно не пропавший Леша Фирсов.
А Лешу, кстати, нашли. На мальчика наткнулся один из местных лесников, участвовавших в поисках. Он лежал в чаще у дерева без сознания, истощенный, с высокой температурой и поврежденной рукой. Еще немного, и помощь могла уже опоздать. Лешу срочно доставили в больницу, но говорить со следователями он смог только на следующий день.
Рассказ Леши Фирсова
Они с Вовой действительно ушли из лагеря и направились к своему лесному шалашу, но по дороге заметили незнакомого пожилого мужчину. Для грибника он выглядел странно — ни корзинки, ни ведра. На охотника тоже не походил — ружья при нем не было. А кто из мальчишек в таком возрасте не мечтал хоть раз почувствовать себя сыщиком? Забыв о собственных планах, ребята решили проследить за незнакомцем. Тот дошел до ближайшей деревни, подошел к одному из домов и вошел во двор. Леша с Вовой подобрались ближе и забрались на забор, откуда хорошо было видно происходящее.
Сначала ничего интересного не происходило, но потом из дома донеслись громкие голоса. Во двор вышел тот самый незнакомец, а следом за ним еще один мужчина. Они продолжали спорить возле бочки с водой, и вдруг второй схватил лесного незнакомца, перегнул через край и погрузил его голову в воду. Мальчишки оцепенели, но продолжали смотреть, пока Вова не пошевелился слишком резко. Забор под ними затрещал, убийца поднял голову и увидел незваных свидетелей.
Оба спрыгнули и бросились бежать. Леша при падении сильно повредил руку, но сумел добраться до леса. А вот Вова отстал почти сразу. За спиной раздался его крик: мальчик угодил ногой в капкан. Леша на мгновение остановился, однако человек из деревенского двора уже бежал следом, и страх погнал его дальше. Он мчался куда глаза глядят, пока окончательно не потерял направление.
Следующие несколько дней мальчик блуждал по лесу, пытаясь отыскать лагерь или хотя бы выйти к людям. Поврежденная рука болела, силы быстро уходили, началась лихорадка. В конце концов Леша уже не понимал, куда идет, лег возле дерева и потерял сознание. Что произошло после того, как Вова попал в капкан, он не видел.
Человек со двора
Когда Леша немного окреп, его привезли в ту деревню. Мальчик уверял, что узнает и дом, и двор, и тот самый забор, но на месте растерялся. Деревенская улица тянулась перед ним одинаковыми крышами, воротами и палисадниками, память путала подробности, а нужный двор никак не находился. Следователи уже начали опасаться, что единственная ниточка оборвалась.
И тут возле них остановился милицейский УАЗик. Из машины вышли несколько человек, участвовавших в поисках. Леша мельком посмотрел в их сторону и вдруг замер. Лицо его изменилось, он побледнел и, не сводя глаз с одного из мужчин, указал на него рукой. Это был он — человек со двора, который держал голову незнакомца под водой.
Поверить в такое было трудно. Мальчик указывал на Ивана Сулина, местного лесника, который все эти дни помогал в поисках. Более того, именно он первым нашел обессиленного Лешу в лесу. Сулин — убийца? Уважаемый в округе человек, много лет проработавший лесником? Все это казалось совершенно немыслимым. Но, сколь бы невероятно ни выглядело обвинение, Сулина все же задержали.
Сам он держался совершенно спокойно, с усмешкой все отрицал, на допросах не путался и ничем не выдавал тревоги. Да и предъявить ему, кроме слов Леши, было, по сути, нечего. Все изменилось, когда следователи решили проверить не то, чем Сулин занимался в дни исчезновения мальчиков, а всю его жизнь. И чем дальше они уходили в прошлое лесника, тем меньше в нем оставалось Ивана Сулина.
Темное прошлое
До Великой Отечественной братья Григорий и Петр Бычков жили в небольшой деревне под Кобрином, в Брестской области. Жили самой обычной жизнью и ничем особенно среди соседей не выделялись. Но летом 1941 года война пришла сюда почти сразу и братья оказались на оккупированной территории. В Красную армию они так и не попали, а вскоре сделали выбор, который потом определил всю их судьбу: оба пошли служить в полицию к немцам.
Расплата настигла их по-разному. Петра после войны нашли, судили за предательство и отправили на пятнадцать лет в лагеря. На этом его отношения с законом не закончились: освобождался, снова попадал за решетку, обрастал новыми сроками и к старости превратился в того самого матерого уголовника с тюремными наколками, которого много лет спустя вытащат из брянского болота.
Григорий же оказался удачливее и хитрее. В последние месяцы войны ему каким-то образом удалось раздобыть документы красноармейца Ивана Сулина. Что стало с настоящим владельцем документов, история умалчивает, но для Григория Бычкова с этого момента прежняя жизнь закончилась. Полицай исчез, а вместо него появился Иван Сулин. Под новым именем он уехал в Брянскую область, пережил послевоенные проверки, устроился на работу и со временем стал лесником. За следующие сорок лет он настолько прочно врос в чужую биографию, что, кажется, уже и сам поверил, будто родился Иваном Сулиным.
Братья на долгие годы потеряли друг друга. Петр считал Григория погибшим и, вероятно, так бы и прожил с этой уверенностью, если бы однажды не увидел по телевизору репортаж о тушении лесных пожаров в Брянской области. Камера на несколько мгновений задержалась на одном из лесников. Постаревший, заметно облысевший, с поседевшей бородой — и все-таки это был он — родной брат Григорий.
Дальше оставалось выяснить, где снимали репортаж. Петр навел справки и вскоре разыскал человека, которого все вокруг знали уже как Ивана Сулина, уважаемого местного лесника. Наверное, для самого Сулина появление брата стало худшим приветом из прошлого, какой только можно было представить. Перед ним стоял живой свидетель той жизни, которую он почти сорок лет считал надежно похороненной.
Петр быстро понял, насколько дорого брат готов заплатить за свое спокойствие. Сначала он просто попросил денег, потом приехал снова, затем еще раз. Просьбы постепенно превратились в требования. Сулин платил, надеясь, что очередной раз станет последним, но Петр никуда исчезать не собирался. Он чувствовал себя все увереннее, мог заявиться без приглашения, напомнить о прошлом и снова потребовать денег. И чем дольше этот шантаж продолжался, тем яснее становилось: откупиться от брата не получится.
Охота на свидетеля
Однажды Петр пришел снова. Он был пьян, опять требовал денег, и очередная ссора закончилась возле бочки во дворе. Теперь уже понятно, что увидели с забора Леша и Вова: Григорий Бычков, сорок лет живший под именем Ивана Сулина, утопил собственного брата.
Дальше события понеслись слишком быстро. Заметив мальчишек, Сулин бросился к ним. Оба спрыгнули с забора и побежали, но Вова почти сразу угодил ногой в капкан, который оказался там вовсе не случайно. Петр имел привычку являться без приглашения, перелезая через забор, и Сулин расставил снаружи несколько капканов, надеясь отучить брата от таких визитов. Теперь один из них сработал.
Вова упал, вскрикнув от боли, а Леша рванул к лесу. Сулин на мгновение оценил ситуацию и бросился за ним: один мальчишка никуда не денется, а второй еще мог уйти. Но в лесу Леша быстро оторвался, и преследовать его вслепую становилось бессмысленно. Тогда Сулин вернулся к Вове, задушил его прямо на месте, разжал железные дуги капкана и отнес тело подальше от дома, оставив под деревом в лесу.
Оставалось разобраться с Петром. Здесь Сулин попытался придумать историю, которая объяснила бы сразу обе смерти. В карман брату он сунул Вовину рогатку, тело оттащил в болотную низину, а один сапог оставил так, чтобы поисковики непременно на него наткнулись. Расчет был нехитрым: обнаружат пожилого уголовника с вещью убитого мальчика и решат, что именно он встретил пионера в лесу, расправился с ним, а затем сам погиб.
И все бы складывалось почти идеально, если бы не Леша. Пока мальчик находился где-то в лесу, вся тщательно выстроенная версия могла рухнуть от нескольких его слов. Поэтому Сулин и присоединился к поискам: ему нужно было найти второго свидетеля раньше остальных.
И это ему почти удалось. Именно Сулин первым наткнулся на обессиленного, потерявшего сознание Лешу. Убрать последнего свидетеля можно было за несколько секунд, но в самый неподходящий момент рядом появился милиционер, вместе с которым лесник прочесывал этот участок. Пришлось мгновенно менять роль и изображать из себя спасителя.
***
Григория Бычкова, почти сорок лет прожившего под именем Ивана Сулина, приговорили к высшей мере наказания. Однако до исполнения приговора он не дожил: по версии программы «Следствие вели…», Бычков подавился в заключении куском хлеба.
Собственно, именно выпуск «Следствие вели…» под названием «Капкан для пионера», вышедший на НТВ 7 июня 2020 года, и лег в основу этого рассказа.
