Кто смотрел «Властелина колец», тот знает, в каких уютных домах жили хоббиты: круглые двери и окошки выглядывали прямо из зеленых склонов, а трава на крышах была такой же густой, как на окрестных лугах. Для съемок режиссер Питер Джексон велел построить в Новой Зеландии целую деревню. А знал бы он, что похожие дома сохранились в одном молдавском селе, — пожалуй, задумался бы, куда везти съемочную группу.
Тамошние жители освоили жизнь внутри холмов задолго до того, как хоббиты появились на экране. Правда, двери молдавских землянок не круглые, а внутри рослому гостю тоже приходится следить, как бы не приложиться лбом о свод. За этими дверями проходила вполне обычная жизнь: топили печь, пекли хлеб, растили детей. И кое-где она продолжается до сих пор — пока приезжие разглядывают «домик хоббита», хозяевам надо и обед приготовить, и по хозяйству управиться.

За голубым фасадом
Местные называют такой дом ба́шкой — bașcă. Это же название носят и погреба, поэтому с непривычки можно решить, что за низкой дверью хранят картошку и бочки с вином. Но заглянешь внутрь — там печь, кровать, стол, а на побеленных стенах висят ковры.
Такие дома еще можно увидеть в долине реки Реут, примерно в сотне километров от Кишинева. Здесь земля собирается складками, напоминая изборожденное морщинами лицо старика: холмы сменяются ложбинами, травянистые склоны перемежаются каменистыми обрывами. Между этими складками стоят молдавские села, и одно из них — Рогожены, где до сих пор сохранились башки. Их строители вгрызались в земляные склоны, устраивая жилье внутри холмов. Стены выкладывали камнем, а над головой собирали округлый свод, для которого камни подбирали и обтесывали клином. Тут требовалась умелая рука: каждый камень должен был плотно встать между соседями, чтобы все вместе они держали тяжесть земли над домом. С улицы же оставалась видна только передняя каменная стенка с дверью и маленькими окнами. Ее обмазывали и белили, часто подмешивая синьку, отчего даже самый скромный дом выглядел нарядно.

Можно подумать, что на поверхности крестьянам уже не хватало места, раз пришлось забираться внутрь холмов. Но землю здесь никто не экономил: в тех же селах стояли обычные молдавские дома с побеленными стенами, скатными крышами и крытыми галереями вдоль фасадов, где можно было посидеть в тени. Только на такой дом еще предстояло заработать, а молодым супругам после свадьбы хотелось поскорее обзавестись своим углом.
По воспоминаниям местных жителей, с башки нередко и начиналась самостоятельная семейная жизнь. Она обходилась дешевле, тем более что камня в окрестностях хватало, а небольшое жилье требовало меньше топлива. Поэтому молодые устраивались в земляном доме, заводили хозяйство, растили детей, а со временем, если позволял достаток, строили рядом более просторный.

Впрочем, строить жилье в земле додумались далеко не одни жители Рогожен. Башки встречались и в других селах по берегам Реута и Днестра, где склоны позволяли устроить такой дом, а поблизости находился камень для кладки. С годами многие из них опустели, обвалились и заросли травой, так что теперь подобное жилище еще поискать надо. Рогожены — одно из немногих мест, где башки сохранились и остались жилыми, а одну из пустовавших даже восстановили под музей, собрав у сельчан старую утварь, ковры и вышитые полотенца.

В тесноте да в тепле
А совсем рядом с музеем жизнь в башке продолжается своим чередом. 85-летняя Мария Арделяну вырастила в такой землянке детей и, оставшись одна, отказалась переезжать в построенный сыном дом. Со временем башка бабы Марии обзавелась электричеством и кое-какими современными удобствами: пластиковым окном, холодильником и радио. Вот только само устройство жилья осталось прежним — вся повседневная жизнь умещается в одной комнате.

Больше всего Мария ценит свой дом за прохладу летом и тепло зимой. В знойные деньки, которых в Молдавии немало, о таком убежище можно только мечтать. А вот зимой комнатные +12 °C — удовольствие сомнительное, и тут выручает печь: небольшая землянка быстро прогревается, пока хозяйка готовит еду. К ночи согревается и лежанка у печного бока, на которой хорошо устроиться после дневных хлопот. Почти как в старых русских избах, только там приходилось забираться на саму печь, а здесь можно прилечь рядом.
Остальную обстановку башки подбирали с оглядкой на тесноту: помимо кровати нужно было вместить небольшой стол, табуреты и шкафчик для посуды, да еще оставить место для самих хозяев. Зато стены старались украсить коврами и ткаными дорожками, а над лежанкой вешали иконы. В маленькой комнате все оказывалось под рукой, но низкий каменный свод требовал от рослого гостя осторожности. Автор румынского репортажа в жилище бабушки Арделяну приложился головой о потолок и дальше уже держался согнувшись.

Хоромами башку, конечно, не назовешь, но молодым супругам на первых порах важнее было обзавестись своим углом. Здесь начинали хозяйничать, растили детей и понемногу откладывали на более просторный дом. А когда наконец перебирались в новое жилье, старая башка еще служила хозяевам — хотя бы прохладной летней кухней.
Сберечь для внуков
Впрочем, не каждой башке находилось применение после переезда хозяев. Пустовавшие жилища разбирали на камень, который еще мог послужить в новой стройке. Такая участь ждала и дом семьи Цара в Рогоженах, но местные власти успели его выкупить. Глава села объяснял решение просто: хотелось оставить внукам и правнукам хоть один такой дом, чтобы они могли увидеть быт своих предков.

Когда-то здесь жили Михаил и Вера Цара с шестью детьми, а теперь бывшее семейное жилье носит имя хозяина — «Башка Михаила Цара». Восстанавливать дом помогали учащиеся строительного техникума из Кишинева, для которых работа с камнем, глиной и деревом стала частью практики. Сельчане тем временем собирали обстановку: приносили ковры, вышитые полотенца, глиняную посуду и домашнюю утварь, которую когда-то берегли их родители.

С появлением музея у приезжих появился повод задержаться в Рогоженах, заглянуть в земляной дом и послушать, как в нем прежде жили. Большой туристической славы село этим не приобрело, но гости сюда едут, а значит, старые башки еще помогают оживить опустевшие улицы.
Между жизнью и забвением
А оживлять в Рогоженах есть что: от старой церкви остались лишь наружные стены, заброшена школа, пустуют дома. В начале 2026 года в селе насчитывали около тридцати жителей — вместо прежних двухсот. Многие семьи перебрались в соседний поселок при железнодорожной станции, где удобнее жить, лучше дороги и ближе все необходимое. Другие уехали еще дальше, а старики остались доживать в привычных домах.

В старом селе нет ни магазина, ни почты, ни медпункта, и та же баба Мария во многом полагается на детей: они привозят продукты и помогают по хозяйству. Так что за красивым видом земляных домов скрывается вполне обыденная история деревни, из которой ушли люди.
Сколько таких сел по всей Молдавии — с пустыми дворами, заколоченными окнами и несколькими оставшимися стариками? Картина до боли знакомая и нам в России: дети разъехались, дома опустели, а тем, кто остался, уже не под силу содержать прежнее хозяйство. Только далеко не в каждом таком селе найдется что-нибудь, ради чего приезжий свернет с дороги. У Рогожен хотя бы есть башки, которые еще зовут сюда людей.
И ведь есть пример того, как скромные крестьянские дома могут стать главной достопримечательностью города и прославить его далеко за пределами страны. Именно так случилось с Альберобелло на юге Италии: 👇




