Историки до сих пор не пришли к единому мнению, кто несет ответственность за случай, который произошел на советско-финляндской границе 26 ноября 1939 года. В историю он вошел под названием Майнильский инцидент, и считается той самой отправной точкой, с которой началась война между СССР и Финляндией.
Произошел инцидент не сразу и не вдруг — событиям предшествовали сложные переговоры между странами, длившиеся всю осень. Что хотел СССР? Отодвинуть границу от Ленинграда за Карельский перешеек. С момента получения Финляндией независимости она проходила по реке Сестре в 50 километрах от окраин северной столицы. Под казуистическим понятием «отодвинуть» подразумевалось вхождение территории всего перешейка в состав СССР. В обмен на это Финляндии предлагались вдвое большие по площади земли на севере Карелии, которые представляли собой сплошь леса и болота почти без населения.
Власти Финляндии отказали Советскому Союзу, переговоры зашли в тупик. И тут 26 ноября 1939 года как гром среди ясного неба — стоящую у границы советскую деревню Майнилу сотрясли семь артиллерийских выстрелов. Один младший командир и трое бойцов были убиты, восемь человек ранены.
Уже к вечеру официальные советские лица заявили, что снаряды прилетели от финнов, а это является прямой провокацией. На следующий день финскому послу была вручена нота, в которой содержалось требование отвести войска на 20–25 км от границы. В ответ Финляндия заявила, что ее артиллерия размещена вне зоны покрытия Майнилы, а трагический инцидент стал результатом ошибки во время учений Красной Армии.
Дальнейшие события развивались с поражающей быстротой. 28 ноября СССР расторг договор о ненападении с Финляндией, а утром 30 ноября войска ЛВО «ввиду новых вооруженных провокаций со стороны финской военщины» перешли границу на Карельском перешейке и в других местах. Так началась советско-финляндская война.
Сегодня многие исследователи сходятся во мнении, что Майнильский инцидент был четко спланированной акцией советского командования. Да, с жертвами, но иначе невозможно было взбудоражить общество и настроить его на предстоящую войну. Впрочем, повод тут был неважен, и, по сути, излишен. Мирное урегулирование вопроса границы оказалось невозможным, и это признавали в обеих странах. А когда дипломаты опускают руки, поднимаются стволы пушек и настает черед говорить военным.
