Произошедшее глубоко шокировало всю Америку — трое астронавтов заживо сгорели внутри космического аппарата «Аполлон-1» во время проведения испытательных тестов.
А случилось вот что. Командный отсек внутри космического корабля был рассчитан на вполне комфортное пребывание трех астронавтов — в нем поддерживалась температура 21–25 градусов и пригодная для дыхания атмосфера. Вот только состояла она не из привычной кислородо-азотной смеси (как атмосфера на Земле), а из чистого кислорода при пониженном давлении. Для этого были свои причины: чистый кислород давал выигрыш по массе (герметичная конструкция корабля становилась существенно легче), упрощалась система жизнеобеспечения, да и выход в открытый космос ускорялся.
Однако на земле для тренировок вместо пониженного давления использовали, наоборот, повышенное, ведь корабль был рассчитан на избыточное давление изнутри, а не снаружи. Это и стало роковой ошибкой NASA, так как чистый кислород, да еще и при повышенном давлении — мощнейший окислитель. Малейшая искра может спровоцировать сильный пожар.
Так и произошло. 27 января 1967 года проходил наземный тест «Аполлона-1». Внутри находился экипаж: Вирджил Гриссом, первый американец, дважды побывавший в космосе; Эдвард Уайт, американский «Леонов», первым вышедший в открытый космос; и Роджер Чаффи, для которого этот полет должен был стать первым.
Астронавты вошли внутрь, люк за ними задраили, атмосферу внутри заменили на чистый кислород, незначительно подняв давление. Экипаж должен был симулировать предстартовую подготовку, когда вдруг через 10 минут нахождения внутри на шине переменного тока №2 скакнуло напряжение.
Комиссия потом так и не установила, была ли при этом искра, и виноват ли вообще скачок напряжения — это так и осталось одной из версий. Спустя 9 секунд после скачка кто-то из астронавтов прокричал в микрофон: «Эй! Пожар!», и послышалась возня. Спустя пару секунд другой голос сказал: «У нас тут пожар в кабине».
Семь секунд было тихо, а потом одновременно раздались крики троих астронавтов: «Откройте его… у нас сильный пожар… валим отсюда… мы горим». Через пять секунд наступила тишина.
Пожар в чистом кислороде был столь силен, что от высокой температуры языки пламени вырвались наружу. Дым и огонь помешали персоналу вовремя открыть люк. Впрочем, успей они, это ничего бы не изменило — экспертиза показала, что астронавты задохнулись от угарного газа на 20 секунде после начала пожара.
