Словосочетание «директор милиции» на слух звучит также инородно, как и «командующий колхозом». А между тем это реально существовавшее высшее звание среди начальствующего состава НКВД. Более того, оно находилось еще и не на вершине начальствующей иерархии. Над директором милиции стоял главный директор милиции. На тот момент это было самое высшее звание в милицейской системе НКВД.
На какой на тот? А на 26 апреля 1936 года, когда Совнарком СССР своим постановлением ввел новую систему званий для начальствующего и рядового состава рабоче-крестьянской милиции. Хоть эти звания и были созвучны воинским, но существенно от них отличались и несли другую нагрузку.
Например, рядовой милиционер так и назывался — «милиционер». А вот «сержанту милиции» соответствовало уже звание лейтенанта РККА. В перечне существовали экзотические «старший майор милиции», «инспектор милиции», директор и вершина пирамиды — главный директор милиции.
Что интересно, за всю историю новых званий, главного директора милиции так никому и не присвоили. А директоров было всего четверо. Всех их расстреляли в 1937–1939 годах. Система званий просуществовала до 1943 года, когда в ходе очередной реформы гражданские по смыслу «директора» не были заменены на суровых «комиссаров милиции».
