В русском языке существует обширная группа слов, называемая варваризмами. Это когда заимствованное (чаще всего английское) слово имеет у нас синонимы, но употребляется именно в «иностранном» варианте. Имидж, дайвинг, гастарбайтер, селфи — всё это примеры варваризмов.
Бёрдвотчинг из их числа. Слово-то какое, язык сломать можно. А между тем оно дословно означает «наблюдение за птицами» (bird — птица и watching — смотреть, наблюдать) и в этом варианте прижилось в русском языке, кое-где сократившись до «бёрдинга». Но зачем понадобилось простому смотрению на ворон за окошком давать такое мудрёное название? А затем, что бёрдвотчинг — это большое движение увлеченных людей, охватывающее многие страны и кое-где по популярности опережающее даже рыбалку. И к «считанию ворон» во время скучного урока или совещания оно имеет такое же отношение, как альпинизм — к залезанию на стул за вареньем в буфете.
Бёрдвотчинг как процесс
В сущности, каждый из нас, кто в детстве ставил кормушку за окном и возмущался наглостью жирных голубей, разгонявших крохотных воробьев и красногрудых снегирей, — уже в какой-то степени бёрдвотчер. Но просто подкармливать пернатых мало. Наверняка были те, кто вел наблюдения и записи: какие птицы прилетали, сколько их было.
Именно так поступал один английский джентльмен в конце XIX века: сидел в своем саду и наблюдал за птицами. А поскольку у него подразумевался научный склад ума, он записывал свои наблюдения: «Зарянок видел пять, черных дроздов двух». Со временем такое созерцание с математическим уклоном распространилось по Англии, пришло в континентальную Европу и в Америку. И теперь бёрдвотчеров по всему миру насчитывается несколько сот миллионов человек. Объединяет их любовь к птицам и азарт, без которого бёрдвотчинг не разошелся бы так широко по планете.
Конечно, можно просто любоваться птицами, слушать их пение, получать эстетическое удовольствие, отдыхая душой. А можно поставить себе цель найти неизвестные лично тебе виды птиц и фиксировать их в особом чек-листе (список птах, увиденных за одно наблюдение). А из них потом сформировать лайф-лист — список птиц, увиденных за всю жизнь. Просто увиденных, ничего более. Не обязательно при этом пытаться сфотографировать пташку, достаточно просто написать в блокноте: «видел полярную сову».
Это, к слову, реальный пример, рассказанный бёрдвотчером из Санкт-Петербурга. В 2023 году окрестности города посетила белая сова. Эта новость быстро разлетелась по сообществу бёрдвотчеров. В ту же ночь группа энтузиастов отправилась искать птицу по заснеженным полям близ Мурина — лазили по целине, светили мощными фонарями. И, конечно, не нашли. А на следующее утро рассказчик шел на работу и услышал карканье ворон. Он решил посмотреть, что привлекло внимание птиц в оживленном месте. Пошел за ними и увидел её — белую сову, сидевшую на пожарной лестнице в окружении десятка возмущенно галдящих ворон.
От воробья до крачки
Но сделать запись о встрече с птицей — это финальная часть наблюдения. До этого редкую птицу нужно найти, а найдя — правильно определить ее вид. Казалось бы, воробей и воробей. А вот поди ж ты — их в России целых восемь видов. В городах чаще всего встречается домовый и полевой воробьи, а еще у нас в стране водятся снежные, каменные, черногрудые, рыжие воробьи. Увидеть последних — огромная удача, они остались только на Сахалине и в крайне малых количествах.
Определить видовую принадлежность пернатых помогает полевой определитель — своего рода каталог с иллюстрациями или фотографиями птиц. Он существует как на бумаге, так и в виде приложения для телефона. В нем можно посмотреть как выглядит птица (взрослая, молодая, в брачном оперении), послушать подтвержденные записи песен и позывок («будничное» общение птиц внутри стаи), а также изучить ареал в зависимости от сезона.
И если определитель помог тебе, то и ты помоги ему, точнее не приложению, а науке — запиши сколько птиц видел, где, в какое время года. Эти данные из приложения потом поступают в базу eBird — крупнейшую онлайн-платформу данных, которой пользуются сотни тысяч орнитологов по всему миру. Вот только большая часть России в ней представлена белым (точнее серым) пятном, где очень мало отметок. При этом на территории страны обитают около 800 видов птиц, примерно на 100 видов больше, чем во всей Европе.
Что поделать — бёрдвотчинг не получил в России широкого распространения. Это в Великобритании им занимается каждый четвертый, а у нас встретить человека, наблюдающего в бинокль за птицами, можно разве что в крупных городах, да и то случайно. И хоть существует несколько десятков тематических форумов, а в Москве, Екатеринбурге и Санкт-Петербурге проводятся даже орнитологические экскурсии, вовлеченность людей все равно небольшая.
А ведь это так увлекательно — следить за птицами, особенно в дикой природе. Например, крачки. Это родственницы чаек, но более грациозные в своем полете. Бёрдвотчеры говорят, что наблюдать за тем, как крачка зависает в воздухе, а затем резко бросается в воду за рыбой — одно удовольствие! Особенно вызывает восхищение тот факт, что полярные крачки преодолевают каждый год огромный миграционный путь из Арктики в Антарктиду.
Бёрдвотчинг как спорт
Но и в городах тоже есть за кем наблюдать. Например, в Москве обитает 200 видов птиц. Найти их всех и отметить в своем лайф-листе еще не удалось ни одному бёрдвотчеру. В городе можно встретить хищную пустельгу, услышать пение зарянок, зябликов, дроздов и соловьев. И не просто услышать, а и попытаться записать.
О, это одно из направлений бёрдвотчинга для особо азартных людей. Их называют твитчерами (коллекционерами звуков). Ради пения редкой птицы они могут пожертвовать временем и деньгами, отправившись на другой конец планеты. Это благодаря им мы теперь знаем как звучат почти все птицы в мире. Другое направление — фотобёрдинг, та самая знаменитая фотоохота, популяризованная Шариком в мультфильме про Простоквашино. Люди, коллекционирующие изображения птиц, получают не только эстетическое удовольствие, но и новые эмоции, точно такие же, как и собиратели редких марок и монет.
Полтора десятка лет назад было модным увлечение покемонами — виртуальными зверьками, существовавшими в приложениях дополненной реальности. Тогда люди с телефонами охотились за покемонами на улицах городов, пытаясь поймать их в виртуальные клетки. Увлечение бёрдвотчера отчасти похоже — выследить редкую птицу, записать ее голос или сфотографировать — ради этого энтузиасты готовы колесить по городу и его окрестностям, тратя время и деньги.
Кстати, о деньгах. Увлечение бёрдвотчингом наименее затратное. Достаточно восьмикратного (а лучше десятикратного) бинокля, блокнота и телефона с закаченным в него полевым определителем. Но это для новичка-любителя, чтобы понять, захватывает ли тебя наблюдение за птицами. Второй уровень и выше — более продвинутые ступени, когда люди тратятся на мощные средства наблюдения и фототехнику, позволяющую снимать с больших расстояний. Но главное тут не траты на снаряжение, а необходимость колесить по миру, если бёрдвотчинг крепко поймал в свои сети. Далеко не все у нас могут позволить путешествия по стране, что уж говорить про мир.
Отчасти поэтому увлечение бёрдвотчингом не получило у нас такого широкого распространения, как во всем мире. Хотя энтузиасты в России и организуют соревнования по спортивной орнитологии (за определенное время нужно увидеть, сфотографировать и правильно определить максимальное количество видов птиц), на Западе спортивная составляющая развита гораздо сильнее. Есть такая американская комедия «Большой год», посвященная соревнованию, кто увидит наибольшее количество птиц за один календарный год. Российские бёрдвотчеры рекомендуют ее к просмотру всем начинающим наблюдателям за птицами.
И коль уж зашла речь о фильмах, то не все помнят, что знаменитый Джеймс Бонд тоже был бёрдвотчером. Мало того, он обязан этому занятию своим именем. Дело в том, что у автора бондианы Яна Флеминга был друг — орнитолог по имени Джеймс Бонд. Однажды друзья договорились, что Флеминг назовёт именем Бонда литературного героя, а реальный Бонд в ответ именем Флеминга какой-нибудь новый вид птиц. История умалчивает, появился ли такой вид (и нет, это не фламинго), а вот Джеймс Бонд у Флемминга стал бёрдвотчером — в первой серии он под видом наблюдения за птицами выслеживает своего оппонента.
Можно просто созерцать
Но все-таки спортивная составляющая в бёрдвотчинге не главное. Это в первую очередь хобби для души, приносящее умиротворение от погружения в природу и радость от обнаружения новых видов птиц. При этом в России как нигде в мире можно наиболее полно реализовать свое увлечение. Так, из 108 государственных заповедников больше десяти специализируются на охране пернатых. В таких местах существуют даже целые маршруты для бёрдвотчеров — экологические тропы с замаскированными укрытиями, откуда можно наблюдать жизнь птиц с близкого расстояния. Астраханский биосферный, Хакасский, Убсунурская котловина, Дарвиновский, Дальневосточный морской — в этих заповедных местах существуют программы для бёрдвотчеров. Организация — это, конечно, хорошо, но можно смотреть птиц и самостоятельно, благо национальные парки есть почти в каждом российском регионе.
В общем, достаточно прочной обуви, бинокля и телефона, чтобы погрузиться в увлекательный мир пернатых. А там может у кого-то проснется спортивная составляющая (еще никто на Земле не увидел все 11 001 вид птиц), а кому-то будет достаточно простого созерцания птах под их щебет.
В любом случае занятие бёрдвотчингом куда интересней, а главное, ближе и понятней нам, выросшим на рассказах Виталия Бианки, чем квадробинг или прыганье через барьеры с палкой между ног, как это практикуют герои следующей статьи: 👇
