Трофим Лысенко — гений генетики или шарлатан-вредитель?

Трофим Лысенко — гений генетики или шарлатан-вредитель?
Академика ВАСХНИЛ и "убийцу генетики" Трофима Лысенко было принято ругать и называть мракобесом. Но что такого ужасного он сделал?

В среде ученых отношение к руководителю советской сельхознауки, президенту ВАСХНИЛ Трофиму Денисовичу Лысенко до сих пор неоднозначное. С одной стороны, есть подзабытый ныне термин «лысенковщина», которым в самом широком смысле называют борьбу с наукой при помощи идеологических приемов. А с другой стороны, имеются практические методы агрономии и сорта посевных культур, разработанных Лысенко и его учениками.

На одной чаше весов Лысенко-агроном, на другой Лысенко-ученый. И эти две ипостаси одного человека стоят на разных полюсах отношения к нему. Лысенко-агроном вполне неплох и некоторые его практические приемы используется в мире до сих пор. А вот Лысенко-ученый…. Возможно, если бы Трофим Денисович не лез в научные дебри и не замешивал в одном котле генетику и советскую идеологию, его вспоминали сейчас бы как минимум нейтрально. А так отечественная генетика благодаря Лысенко оказалась отброшена назад минимум на два десятилетия. Что же хорошего и плохого сделал «главный агроном Советского Союза», «убийца генетики» и автор крылатой фразы про «продажную девку империализма» Трофим Лысенко?

Заслуги

Начнем с хорошего. Практиком Лысенко и впрямь был неплохим. Его сторонники часто вспоминают предложенный академиком метод посадки картофеля, при котором бóльшая часть посевного материала использовалась в пищу, а на посадку шла только верхушка клубня с глазками. Такое предложение в годы войны существенно облегчило продовольственную проблему.

Или его прием чеканки хлопчатника — это когда в определенный период роста обрезаются верхушки побегов для ускорения перехода к плодоношению. Метод до сих пор повсеместно применяют на хлопковых полях Таджикистана и Узбекистана.

Одна из весомых заслуг академика — яровизация зерновых культур, позволявшая повысить урожайность и высевать сорта яровой пшеницы в более северных, чем ранее, районах. И, собственно, сами эти сорта. Пшеница «Одесская 3», яровой ячмень «Одесский 9», хлопчатник «Одесский 1».

Что бы там не говорили критики, но при Лысенко урожайность действительно выросла — 3–4 центнера с гектара в 1920–1922 годах против 7–8 центнеров в начале 40-х. Она и дальше росла, а закончилось всё тем, что Трофима Лысенко сместили с поста президента ВАСХНИЛ и после этого СССР стал закупать зерно за границей. Совпадение?

Критика

Но заслуги академика, какими бы безусловными они не были, активно критикуют его противники. Посадка верхушек картофеля? Тоже мне достижение. Да так наши деды и прадеды всегда делали в голодные годы, тем и спасались. Лысенко просто подсмотрел этот метод и пользуясь положением, раструбил о нем на всю страну.

Яровизация зерновых? Да воздействие низкой положительной температуры на посевной материал изучали в мире и до Лысенко, а его фантастическое утверждение про «урожайность выросла в несколько раз» на деле означало лишь незначительное увеличение сбора на несколько процентов, а не в разы. Новые сорта урожайной пшеницы? Это приписки. На деле всё выглядело следующим образом: председателям колхозов просто рассылали анкеты, в которых им надо было сравнить нынешний урожай с прошлым. Колхозники заполняли их с неохотой, прекрасно понимая, что от них ждут не отчета о реальном положении дел, а повышения урожайности.

И так критики проходятся по всем позициям заслуг Лысенко. Но особенно достается «шишек» и язвительных комментариев Лысенко-ученому. Собственно, ученым, по сути, он не был. Да и даже лжеученым Трофима Денисовича сложно назвать. Ибо все его методы основывались лишь на практике и отчасти на природной смекалке и интуиции. А если они срабатывали, то под них позже подводилась теоретическая база. Да не простая, а густо замешанная на идеологии

«Босоногий профессор»

Каких научных дискуссий можно было ожидать от деревенского паренька, который начал свою карьеру, имея за плечами два класса образования? И взлетом на вершину сельхознауки был обязан всего лишь одному человеку, который сотворил из Лысенко народного кумира. Звали этого человека Виталий Федорович и был он корреспондентом газеты «Правда», приехавшим в 1927 году в Азербайджанскую ССР искать героя-ученого обязательно «от сохи» для своего репортажа. Ему порекомендовали Трофима Лысенко, который занимался селекцией бобовых культур и звезд с неба не хватал.

Тот честно рассказал корреспонденту об успехах, но статья получалась пресной и неинтересной. Федорович решил ее раскрасить подробностями. Вот так и возник образ «босоногого профессора», который в одночасье, без всяких умных книжек, решил проблему корма для скота в рамках всего Азербайджана. Статью заметили, и Лысенко стали приглашать поделиться опытом на различные конференции селекционеров, а позже все его идеи и начинания усилиями прессы начали раздувать до небес. Благодаря этому «народный самородок» вскоре поднялся по карьерной лестнице и даже сместил с поста президента ВАСХНИЛ своего учителя Вавилова.

Подняв на знамена старика Мичурина

В любом практическом деле, если требуется донести его до публики, нужна и важна грамотная презентация и подача. А если ты руководишь коллективом ученых, тем более нужно быть в тренде. И вот с этим у Трофима Денисовича существовали проблемы. Зато у него имелся свой «карманный идеолог». Исаак Презент числился консультантом по идеологическим вопросам, а на деле готовил для Лысенко грамотно выверенные идеологические доклады. В них тот или иной агрономический метод был искусно обернут в несколько слоев марксистско-ленинский шелухи.

Она же была и главным орудием борьбы Лысенко с академической наукой. Именно за эту борьбу его и называют шарлатаном, мракобесом и убийцей генетики. Было бы несправедливо назвать Трофима Денисовича махровым невеждой и дремучим человеком. Нет, он был грамотен и даже компетентен, вот только пропагандируемая им «мичуринская агробиология» оказалась тупиковой наукой и ни к чему хорошему не привела. Имя Мичурина на ее щите было помещено неслучайно — в начале 30-х фамилию «гения селекции» активно использовали в пропагандистских целях.

Но к проповедуемой Лысенко агробиологии Мичурин не имел никакого отношения, его фамилию просто удачно вплели в название, что было весьма патриотично. Если не вдаваться в подробности, то суть лысенковской (а точнее мичуринской) агробиологии заключалась в том, что сельхозкультуры можно и нужно «воспитывать», всего за пару лет придавая им необходимые свойства. А дальше приобретенные навыки будут передаваться по наследству.

Чтобы понять абсурдность этого метода, можно привести пример с животными организмами, хотя ими академик не занимался. Вот, допустим, если отрубить кошке хвост, а потом то же самое сделать с ее потомством и продолжать так поступать со следующими поколениями, то это не значит, что в пятом колене начнут рождаться бесхвостые котята. А по логике Лысенко должны, ибо живые организмы (в данном случае растения) запоминают все изменения, сделанные с ними.

Ученый от сохи против исследователей дрозофил

Противостояние Лысенко и академических ученых разыгралось не на шутку. Приправлено оно было грамотной идеологией, и если упрощенно, то выглядело примерно так: «Вот вы хоть и учёные, а мужик от сохи потолковее вас будет. Сидите там, обложившись бумажками, спариваете дрозофилов, а где результаты? Вот мы, мичуринцы, бьёмся над повышением урожайности, над выведением новых сортов. И при поддержке мудрого товарища Сталина добились успехов. А где ваши успехи? Только толкуете об абстрактной науке, а сами ничего сделать не можете».

Разумеется, симпатии партии были на стороне Лысенко, и Сталин его поддержал в борьбе с генетиками. Впрочем, Трофим Денисович вовсе не был кровожадным, да и к аресту и смерти Вавилова он не имеет отношения, так как дальше критики и насмешек его антинаучные экзерсисы не заходили. Он не требовал никого арестовать или расстрелять и не писал доносы. Вавилова посадили без его участия, и в этом обвинять Лысенко несправедливо.

Да и «продажной девкой империализма» генетику он не называл. Это сделал много позже писатель-сатирик Александр Хазин в своей пьесе «Волшебники живут рядом». Но и без этого деятельность Лысенко во главе советской сельскохозяйственной науки есть за что попирать. Его «мичуринская агробиология» на несколько десятилетний стала главенствующей, а академическая генетика оказалась отброшена назад, ибо была признана ложной и даже вредительской.

Практическая энергия Трофима Лысенко и его природная смекалка, несомненно, принесли бы пользу как науке, так и сельскому хозяйству, если бы он имел более основательную подготовку или хотя бы работал под руководством людей, которые смыслили в биологии. Однако главенство идеологии и умение оправдывать ожидания партии и породило «лысенковщину» — явление, которое является главной ошибкой и главным вредом Трофима Денисовича.

Оцените статью
( Пока оценок нет )
Географ и Глобус
Добавить комментарий