Летом 1671 года в Москве на Лобном месте казнили самого известного атамана русской земли и народного героя Степана Разина. Обычно на этом все рассказы о его восстании и заканчиваются. На самом же деле разгром ставки Разина в Кагальницком городке совсем не означал, что его казачье войско потеряло силу. Напротив, к моменту казни атамана, его верные сподвижники продолжали владеть Астраханью.
Вот именно против нее и был направлен основной удар царских войск осенью 1671 года. А до этого разинский командир Федор Шелудяк даже предпринял вылазку из Астрахани, чтобы выполнить волю атамана и овладеть, наконец, неприступным Симбирском. С трехтысячным войском он три раза штурмовал город, но его стены оказались не по зубам казакам.
Тогда Шелудяк вернулся в Астрахань, к которой уже спешило 30-тысячное царское войско воеводы Милославского. Два с половиной месяца осажденные в городе разинцы защищали его от атак, а к воеводе между тем подходили все новые и новые силы. Все меньше оставалось у казаков боеприпасов, опустели продовольственные склады, начался голод.
Сам Милославский был хитер — он не устраивал ненужные штурмы, ибо Астрахань была надежно укреплена, а только держал осаду и обещал мятежникам помилование. Это сыграло свою роль — среди повстанцев начались разногласия.
Тем временем союзник Милославского черкесский князь Каспулат Муцалович каким-то непонятным образом сумел заманить к себе главаря повстанцев Федора Шелудяку. А заманив, он его не заковал в оковы, не увез в Москву, а оставил при себе в качестве пленника. После такого окончательно сломленные разинцы сдали Астрахань. Это произошло 27 ноября 1671 года. И именно эту дату и можно считать окончанием восстания Степана Разина.
А вот дальше интересно. Милославский, как и обещал, помиловал разинцев. Источники говорят, что овладев городом, он не казнил ни одного человека. И даже Федора Шелудяку оставил на свободе. Тот жил в Астрахани совершенно спокойно до лета 1672-го.
А вот потом, когда волнения окончательно улеглись и народ стал привыкать к мирной жизни, в Астрахань прибыл князь Яков Одоевский со свитой. У него была задача наказать восставших, и он с ней справился — как писал очевидец тех событий голландец Фабрициус, в Астрахани «не осталось в живых никого, кроме дряхлых старух да малых детей».
