Эта история началась еще в 1990 году, когда Борис Ельцин от широты души бросил российским автономиям фразу: «Берите суверенитета столько, сколько сможете проглотить». Как Ельцин потом вспоминал в своей книге «Исповедь на заданную тему», он совсем не имел в виду полную независимость республик. Однако автономии отнеслись к этому заявлению серьезно и одна за другой стали провозглашать свой суверенитет.
После своих размашистых слов Ельцин спохватился довольно быстро и принялся энергично исправлять промах, возвращая одну за другой готовые взбунтоваться автономии в лоно матери-России. Никак не удавалось укоротить лишь Чечено-Ингушетию (вскоре разделившуюся на Чечню и Ингушетию) и Татарстан.
Последний и слышать не хотел ни про какие «расширенные права» в составе Федерации — независимость и точка. Разумеется, руководивший в ту пору Татарстаном Минтимер Шаймиев и не собирался всерьез выходить из России. Он понимал, что Москва не остановится ни перед чем, чтобы удержать его республику в своей орбите. Тут он, кстати, разительно отличался от своего коллеги Дудаева, который решил, что полный суверенитет возможен, пошел напролом и погубил десятки тысяч жизней.
Нет, Шаймиеву обострять отношения с Москвой было невыгодно, но вот укрепить свои позиции в общении с федеральным центром стоило обязательно. Поэтому в день сегодняшнего обзора — 21 марта 1992 года, в республике состоялся референдум по дальнейшей судьбе Татарстана.
В бюллетенях стоял один вопрос: «Согласны ли вы, что Республика Татарстан – суверенное государство, субъект международного права, строящий свои отношения с Российской Федерацией и другими государствами на основе равноправных договоров?» Совершенно ясно, что такая формула была равнозначна вопросу: согласны ли вы, что Татарстан – полностью независимое государство, не входящее ни в какие другие государственные образования.
«Да» ответили 61,4% принявших участие в голосовании. Тут надо понимать, что такой результат обеспечили в основном жители татарской глубинки. А вот Казань, Набережные Челны, Бугульма с преобладанием русского населения проголосовали против.
После такого в Москве возникло что-то похожее на панику. Конституционный суд РФ признал референдум неправомочным, а Ельцин выступил с прямым обращением к жителям Татарстана, где натуральным образом стал уговаривать их остаться в рамках единой России.
Но несмотря на уговоры, Татарстан-таки принял новую Конституцию, в которой прописал, что республика — суверенное, независимое государство, такое же как Россия, США, Китай или Индия. Но в составе Российской Федерации.
Такой странный статус продержался в Конституции РТ до 2002 года, пока та не была полностью переработана в соответствии с Конституцией РФ. Словосочетания «суверенное государство» и «субъект международного права» полностью исчезли из нее.
