Как добывают бивни мамонта — «белое золото» Сибири

Бивни мамонта — белое золото Сибири
Охота за бивнями мамонта в Якутии за несколько лет превратилась из экзотического бизнеса в реальную сферу арктической экономики.

В советские времена средства массовой информации любили употреблять красивые и громкие штампы. Черное золото – нефть, голубое золото – энергия ветра. Был и свой ресурс у белого золота. Так в стране называли хлопок – основу экономики Средней Азии. Но минули года, канули в лету разноцветные названия. Однако белое золото продолжает существовать. Более того, его активно добывают и продают за рубеж. Происходит это все в Якутии, в глухой тайге и в вечной мерзлоте. Собственно, она-то и нужна добытчикам. Ведь «белое золото» Сибири – это бивни мамонтов.

Ресурс из толщи веков

Ежегодно только по официальным данным Россия экспортирует более 120 тонн бивней мамонтов. В 2010 году во всем мире был введен 20-летний мораторий на торговлю слоновой костью. И примерно в это же время Якутию накрыла настоящая «бивневая лихорадка». Цены на слоновую кость взлетели до небес, а в Китае (основной потребитель этого сырья) бивни мамонта вообще стали статусным товаром. Сработал так называемый эффект Веблена – чем выше цена товара, тем больше на него спрос. Из бивней в Китае делают статуэтки, которые потом продают за десятки тысяч долларов. Их используют для художественной резьбы, а потом выставляют на продажу по баснословным ценам. Например, стоимость пары бивней мамонта, что красуются в витрине гонконгского магазина, составляет ровно 1 миллион долларов.

По всем законам экономики там, где есть спрос, там появляется и предложение. Как говорят с грустью российские палеонтологи, существуют две причины, которые породили «бивневую лихорадку» в Якутии. Это зоозащитники и мотопомпы. Про вторые чуть позже, а вот в результате деятельности первых всех слонов и носорогов в мире стали рьяно защищать от полного истребления. Соответственно, возник спрос на такую экзотику, как бивни мамонта, добытые из вечной мерзлоты.

Все начиналось с палок

Раньше в Якутии часто можно было услышать рассказы об оттаявших из-под земли костях древних ископаемых животных. Туда сразу же устремлялись охотники за бивнями и без проблем выкапывали легкую добычу. Начиналось всё вообще с заостренных палок наподобие гарпунов, которыми пользовались копатели, протыкая оттаявшую землю. Ведь где есть кости одного животного, там жди и останки других.

Но со временем легкодоступные кости кончились и тут пришел черед мотопомп. В долине речки Индигирки находится возвышенность Мус-Хая, которая дословно переводится как «ледяная гора». И она там не одна. Первоначально охотники за бивнями применяли маленькие помпы, сделанные из снегоходов «Буран». Их размещали на берегу, присоединяли пожарные рукава и мощным напором воды просто размывали гору вечной мерзлоты.

Игра стоила свеч, ведь, например, бивень, что на фотографии ниже (65 килограммов) продали впоследствии за 34 тысячи долларов

А он там не один, ведь бивней у мамонта два. Нетрудно представить экономическую составляющую такой ископаемой «охоты». Тем более в Якутии, где подавляющему числу взрослого мужского населения просто нет работы.

Как все устроено

Постепенно помпы становились мощнее, а людей прибывало все больше. И уже через несколько лет вечную мерзлоту в долине Индигирки вымывали хорошо организованные группы с профессиональными мотопомпами.

Напор, создаваемый такими аппаратами, настолько мощный, что даже на расстоянии более километра струя с легкостью размывает многолетнюю мерзлую породу. Результатом такой работы становятся огромные пещеры или подземные тоннели длиной свыше 60 метров

Ну и скелеты мамонтов, если повезет. Ключевое слово во всей этой «бивневой лихорадке» – повезет. Лето в Якутии короткое, и если за несколько месяцев не добыть пару бивней мамонта, то можно вылететь в трубу. Ведь на сборы одной экспедиции нужно потратить свыше миллиона рублей. И это не зарплата рядовых «бойцов» (так здесь называют вымывальщиков), у них вообще нет никакого оклада. Это сборы, топливо (7-8 тонн) на месяц, помпы, шланги, пропитание, палатки. В случае неудачи организатор теряет все свои вложения. А если повезло, то за пару бивней можно и отбить все затраты, и заплатить рядовым «бойцам», и остаться с очень солидной прибылью.

Сбывают добычу тут же, не отходя далеко. Бивни – товар скоропортящийся, поэтому его нужно легализовать и сбыть как можно скорее. Занимаются этим дельцы, которые имеют лицензию на палеонтологическую деятельность. В этом случае вся добыча считается легальной. Дальше ей ход в Москву, откуда она поступает в Китай.

Что касается «бойцов», то им достаются лишь крохи с барского стола. Как подсчитал палеонтолог Сергей Григорьев, за два бивня каждый из бригады получает сумму около 500 000 рублей. Если разделить ее на весь год, то получится чуть больше, чем по 40 тысяч рублей – не такая уж и запредельная зарплата для Якутии. Но даже эти деньги лучше, чем ничего.

А если кроме бивней мамонта попадется еще и рог доисторического шерстистого носорога, то можно считать, что жизнь точно удалась.

Говорят, по ощущениям этот рог похож на кусок сырого дерева, пахнущего псиной. Но вот во Вьетнаме его готовы оторвать с руками, ведь порошок из толченого рога, по убеждениям аборигенов, излечивает онкологию и улучшает потенцию. Поэтому стоит он дороже, чем если бы был из чистого золота.

Рисковый бизнес

Но такие артефакты очень редки здесь. Все же большинство экспедиций терпят полное фиаско. Многие дельцы, чтобы снарядить свой отряд, берут кредиты в банке, закладывают жилье и машины, а в результате только 20–30% искателей находят что-то существенное.

Но их пример заставляет новых охотников за бивнями собирать такие экспедиции или наниматься в уже собранные группы, чтобы в течение короткого якутского лета жить два с половиной месяца вдали от дома, с рассвета и до заката атаковать вечную мерзлоту гигантским напором речной воды, есть тушенку с крупой и терпеть укусы комаров.

Может быть, им повезет, и домой они вернуться со щитом, а не на щите. Как знать… Но вот что печально: якутские реки из-за потоков грязной воды уже лишились своей рыбы, а уникальные природные памятники просто варварски разрушаются. Официально законодательством запрещено использовать мотопомпы, равно как и вести добычу бивня без палеонтологической лицензии. Но кого это волнует? Штраф за незаконный промысел бивней мамонта – 3000 рублей. Да и разве напасешься инспекторов на огромную якутскую тайгу?

С каждым годом число искателей в Якутии только растет, все чаще этот бизнес принимает жесткие организованные формы. И не удивительно – чем больше в соседних городах будут рассказывать о возможности внезапно разбогатеть, тем больше будет в республике охотников за «белым золотом».

В мире ценятся рога не только ископаемых носорогов, но и вполне живых. Именно поэтому их тщательно охраняют. Жаль только, что мир поздно спохватился. Ведь северных белых носорогов осталось всего двое. Двое на весь белый свет 👇:

Оцените статью
( Пока оценок нет )
Географ и Глобус
Добавить комментарий